Судьба в очередной раз издевалась надо мной. Потому что стоило мне в кои-то веки накинуть кожаную куртку, как внезапно наступило бабье лето. Нет, наши широты всегда удивляли внезапными сменами погоды, но чтобы вот так, без ветра, дождя, да еще с внезапным потеплением? Будто меня должны были отправить на Крайний Север и напоследок позволили насладиться последними погожими деньками.

Наконец я остановил машину неподалеку от Подворья и распахнул рюкзак:

— Залезаем, сидим тихо, как мышки. Когда можно будет выбираться, я дам знак.

Несколько фурий, включая Парамона, спрятались под курткой. Не знаю, как я выглядел, но чувствовал себя преглупо. Еще мне казалось, что любой встречный рубежник легко распознает мою «хитрость». Потому что двигался я, как бы сказать помягче, не вполне естественно. А как еще, если в ребра тебе тычется нечто угловатое с одной стороны, а во внутреннем кармане сразу две особи устроили разборку. Пришлось даже легонько прихлопнуть снаружи, чтобы успокоились.

Впрочем, обошлось. Никто на меня не пялился и вообще не обращал внимания до самого кружала. Конечной точки моего назначения. А где еще оставить фурий для сбора агентурных данных? Вот именно. К тому же, именно здесь они смогут наестся досыта, не нанося серьезного ущерба людям. Ну, откусят кусочек промысла — с кем не бывает. Скажем так, будет своеобразным налогом на пьянство. К тому же, рубежников здесь всегда с избытком. Да и меняются часто, не успеешь присосаться.

Мои слова подтвердились и сейчас. Почти все столы были заняты. Причем шла не масштабная попойка, а обсуждение какого-то важного события. Пусть и общались все обособленно, группками.

Что до события, тут даже гадать не пришлось. Более ярких информационных повесток, чем утренний эфир Царя царей у нас не было.

— Матвей, привет! — махнул мне сначала один. — Давай к нам!

В течение нескольких секунд я получил еще четыре похожих предложения. Не потому, что оказался невероятно популярен, просто встречали всегда по одежке. Многим было наплевать, кто я такой. Однако кощеев в Выборге по пальцам одной руки профессионального фрезеровщика можно пересчитать. Ладно, сейчас уже больше, но исключительно из-за Трепова и Рехона.

Я выбрал знакомую компанию за дальним столом — Печатник, Моровой и девушка, прозвища которой я не запомнил. Или даже не знал. Зато помнил, что ее зовут Ася. Что в общении с женским полом было вообще-то немаловажно.

Хотя то, что они вместе — удивило. Помнится, Саня, который Печатник, после той истории с допелем чуть подрастерял репутацию. Да и Моровой подрос в рубцах и теперь сравнялся с товарищем. Мне казалось, что они наоборот захотят разойтись по разным сторонам. Так нет, вон, сидят, потягивают пиво из деревянных кружек. Зараза, аж захотелось намочить губы в белой шапке пены и с удовольствием выпить стакан хмельного напитка.