Только позже я нашел ответ на этот вопрос. Рубежники изначально сторонились людей. Последние являлись для них раздражающим фактором, как мухи, что ли. А так уж повелось, что во многих значимых местах чужанами организовывались музеи, которые только притягивали новых людей.
История про то, почему Мытарское ведомство располагалось в доме Ушакова, наверное, была невероятно интересна. Может даже весела и познавательна. Однако не в данный момент. Сейчас меня интересовали очень простые и житейские вопросы. На которые никто не собирался давать ответ.
Начнем с того, что ведомство напоминало больницу в самом худшем из воплощенных вариантов — куча разных кабинетов с вывесками и километровые очереди к ним: «Налоговый стол от разведения ручной пушной нечисти», «Налоговый стол от продажи магического оружия категории B», «Стол податей на ввоз неразумной нечисти», «Налог на свитки, книги и дневники, в которых содержатся заклинания и рецепты для изготовления зачарованных вещей»…
Только методом проб, ошибок, ругани и мата, я узнал, что мне надо пройти через длинный коридор, потом повернуть налево, подняться наверх и снова пройти через длинный коридор. Что я и проделал со скоростью боевого катера, преследующего нарушителя. Разве что двигался как барышня в узком платье — стараясь не расставлять ноги слишком широко. Во избежание всяких конфузов.
Что интересно, чем дальше я заходил, тем людей становилось меньше. А у нужного мне кабинета и вовсе никого не оказалось. Не успел я обрадоваться, прочитав «Мытарский стол по особым вопросам, включающим торговлю товарами других миров, сотрудничеством с чужанами, иннавационными средствами и прочее». Собственно, то, что слово «инновационные» было написано с ошибкой, наталкивало на мысли о непопулярности данного стола. А когда я увидел приписку снизу… «обращаться в „Мытарский стол по особым вопросам“ по адресу площадь Ленина, 1»… Короче говоря, мне очень советовали ехать общаться с Андреем, который немного умер.
Я подергал ручку — заперто. Нет, оно, конечно, все хорошо. И будь у меня мочевой пузырь чуть больше и менее заполнен, я бы, может, поиграл в игру под названием: «Пройди все уровни государственных пресмыкательств, чтобы оторвать от себя кусок кровно заработанного». Однако сейчас я был на грани… всего. И унижений в том числе.
Поэтому сам не понял, как хист стал расползаться в стороны, пытаясь заглянуть в новые неведомые уголки. Первых сдуло ивашек в длинном коридоре. Они поняли, что кощей, который делится промыслом — едва ли сотрудник благотворительной организации. А когда затрещали двери, посыпалась штукатурка со стен, загудели чугунные батареи наконец встрепенулись и чиновники. Один из них, совсем крохотный рубежник, выскочил из своего кабинета и стал искать причину всех бед. Будто это составляло какую-то сложность…