— Что это? — поинтересовалась Лисаветта.

— Цитра. Помню, как братец играл на ней. Заявился как-то в гости к моей маме с ней, тренькал всю неделю — менестрель перекаченный. Но маме нравилось, — честности ради добавила Рид. Сама она осталась равнодушна к игре брата. Единственное раздражало: после игры брата, мама ей все уши прожужжала — дескать, почему бы тебе тоже не освоить игру на музыкальном инструменте? Именно тогда Рид и обзавелась губной гармошкой.

Ветта подошла взглянуть на цитру поближе. Та выглядела заметно старше клавесина (тоже не нового).

«Интересно, клавесин был популярен полтора века назад. Эта цитра, наверное, еще древнее. Значит ли это, что Велиару перевалило за сотню? Хотя… может, он просто коллекционирует старинные инструменты?»

— О, а это теорба, — полукровка достала откуда-то еще один чудаковатый инструмент, который походил на лютню, но с несуразно длинным грифом.

— Между прочим, я учился игре на ней у самого Робера де Визе, — неожиданно раздался голос Велиара; брат полукровки стоял в проеме дверей. — Он был гениальным музыкантом, жаль, что сегодня большинство не знает его имени.

Лисаветта тоже не слышала об этом музыканте. Чтобы скрыть замешательство от внезапного появления хозяина квартиры, она решилась попросить сыграть им что-нибудь.

— Никогда не слышала, как играет терба.

— Теорба, — Велиар с готовностью принял инструмент из рук сестры. В его руках теорба смотрелась уже не столь громоздкой. Пальцы мужчины запорхали по струнам. Лисаветта прикрыла глаза: музыка была такой, какой ей представлялась игра древних менестрелей. Чудилось, стоит открыть глаза — и она окажется в стенах старинного замка, в огромном зале с камином, флагами и гобеленами на всю стену. Пусть инструмент выглядел забавно, сама музыка девушке понравилась.

А может, все дело было в исполнителе.

Когда последние аккорды растворились в воздухе, Ветта открыла глаза и захлопала. Велиар, улыбаясь, склонил голову, принимая похвалу.

— Я погляжу, ты продолжаешь музицировать, — прокомментировала Рид. — Бедные твои соседи. В лавке не жаловались?

— Сказали, что за уход тараканов готовы все терпеть, — Велиар аккуратно убрал инструмент на место. Похоже, он и впрямь любил музыку. Лисаветте показалось это очаровательным. Она пожалела, что не может похвастаться даже игрой на фортепиано, чего уж говорить о редких старинных инструментах.

— Ну что, герцог дал разрешение? — спросила Рид у брата.

— Разумеется. А ты подготовила список?

— Разумеется, — в тон брату ответила полукровка. — Только мне надо знать, сколько времени займет переход через границу, хотя бы примерно.