— Мои друзья… — Ветта обернулась, надеясь представить тете Виоле полукровок, но те уже исчезли. Ожидаемо, но все равно больно. Наконец, девушка, справившись с комком в горле, сумела ответить потрясенной леди Сент-Мор:

— Мне помогли добраться до Лерона друзья. Ты не против, если я поживу у тебя какое-то время?

— Разумеется, не против, Лисаветта. О чем ты говоришь? Божиня, я не могу прийти в себя. Такая радость! Но почему ты не написала? Я бы встретила тебя… И где твой багаж?

— Я все расскажу, только давай сначала пообедаем, хорошо? — графиня поняла, что жутко проголодалась. Она расскажет тете правду, точнее — часть правды.

Так, опустит парочку деталей.

Про вампиров.

Полукровок.

Плакаты с ее портретом.

Вот только про Синьку придется рассказать, потому что зверек вылезает из рюкзака прямо сейчас, на глазах у изумленной тети. Наверное, Рид оставила рюкзак перед исчезновением. Вот же ж …!

«Я бы тоже закричала, если бы увидела хнуну в первый раз вот так», — подумала Ветта, подхватив Синьку на руки, прежде чем успокоить тетю:

— Все хорошо, это Синька — мой питомец!

***

Никто из нынешних детей Ридвегейла не посещал Обитель Магов, ведь они появились на свет уже после запрета Божини. Тунрида видела отражение жилища отца в зеркале, когда жила с мамой (а та настаивала на общении с Магом). Слепящая белизна, что запомнилась полукровке при этих беседах, воочию производила еще более гнетущее впечатление. Рид казалось, что она парит в пустоте. Крайне неприятное ощущение! Глазу не за что было зацепиться, и мозг лихорадочно работал, стараясь убедить себя, что у тела есть опора. Голова кружилась, хотя, может, это проходило действие робустуса?

«Как же здесь холодно», — подумала Тунрида.

— Приветствую вас в Обители Магов, дети мои, — разумеется, он ждал их.

Рид в который раз пожалела, что Прародительница лишила ее возможности узнать человеческую версию отца, как это было у брата и сестры. Наверное, если бы он был рядом во время ее взросления, она бы воспринимала его иначе. Рид было стыдно признаться матери, и тем более Велиару и Селии, что отец вызывает у нее безотчетный ужас. Она старалась замаскировать свой страх показушной злостью, но Ридвегейл явно знал правду — в этом Рид не сомневалась.

Тунрида никогда не видела отца «вживую», как и он ее — Божиня отправила Ридвегейла в Обитель еще до рождения Рид. Тем не менее полукровка много раз видела его лицо (словно застывшая маска — никаких эмоций). Когда мама рассказывала об их встрече, она говорила о том человеческом образе Мага, в котором он предстал перед ней. Рид всегда было любопытно: влюбилась бы мама в Ридвегейла, предстань он в своем истинном обличье? Хотя неважно, как он выглядел. Неужели мама не чувствовала исходящую от него силу? Конечно, нет. Маги хорошо притворялись людьми; кажется, только мать Селии провести не удалось…