Кто тебя за язык все время тянет? – не выдержал А-Цю. – У тебя что, язык чешется говорить гадости? Это Учитель! Учитель! Где твое уважение к старшим? А-Синь и вовсе твой шисюн! – И что с того, шисюн? – лениво протянул кот, поворачивая к нему голову. – Ах ты!.. – Тихо. – Цин Юйдунь махнул рукой, накладывая на обоих печать молчания. А-Цю захлопал ртом, но из него не донеслось ни звука. Он с обидой посмотрел на Учителя, в его глазах ясно читалось: «Меня-то за что?!» Юй Ху отнесся к своему вынужденному молчанию по-философски: он показал язык Дракону и повернулся к арене. В некоторых вопросах он был довольно прагматичен: его сил не хватило бы, чтобы снять печать хозяина, так чего пытаться? Тем более на арене в кои-то веки происходило что-то интересное. Хоу Пэн наконец-то приблизился к краю платформы и с тяжелым вздохом вошел за барьер. С другой стороны Шэнь Хэн тоже сделал шаг вперед. – Рад снова вас видеть, – улыбнулся молодой мужчина. У него были широкие губы, отчего улыбка растянулась от уха до уха. – И я. – Несмотря на внутренние сомнения, Хоу Пэн все-таки улыбнулся. – Какая у вас стадия? – Средняя стадия Создания ядра, я уже говорил, – отозвался Шэнь Хэн. – О. – Хоу Пэн неловко улыбнулся. – В таком случае я понижу свою стадию для вас. – Прошу вас. – Шэнь Хэн вежливо обнял кулак ладонью. Он поднял посох и крутанул его в воздухе. Серебро сверкнуло, отразившись в глазах Хоу Пэна и почему-то заставив его содрогнуться. – Прошу меня извинить. – Он стиснул зубы и поднял огненный клинок. Бой начался. – Так все-таки, – печать продействовала всего две пиалы чая, а бой длился дольше, поэтому Юй Ху, снова получив возможность говорить, обратился к Цзисюаню: – Вы тоже не видите, как они похожи, Учитель? Цин Юйдунь, спокойно прогоняющий ци по своим меридианам, почувствовал легкое раздражение. Его ци внезапно остановилась, и пальцы на коленях сжались в кулаки от укола боли. – Что? – Он открыл глаза и уставился на Юй Ху. Тот ухмыльнулся. – Этот Шэнь Хэн – как будто подросшая копия шисюна Хоу! – Да вообще нет… – А-Цю, обнаружив, что может говорить, тоже открыл рот. Его громкий голос заставил Учителя поморщиться, и тот снова махнул рукой, затыкая обоих еще одной печатью – на этот раз на половину палочки благовоний. А-Цю обиженно засопел, а Юй Ху снова обратил взор на арену, довольно улыбаясь, как будто только что провернул отличное дельце. Хоу Пэн сражался в полную силу, несмотря на то, что понизил свой уровень до средней стадии. Те, кто видел хотя бы три его боя, могли сказать,