и духовное судно начало стремительно расти. Сначала стало размером с собаку, затем с лошадь – и вот корма корабля была уже выше старейшин, которые продолжали вливать в судно свою ци. Хао Лэй раскраснелся от напряжения, а на его лбу выступили капельки пота. Он скосил глаза на Цин Юйдуня, но тот выглядел столь же безмятежно, что и раньше. В раздражении Хао Лэй направил больше энергии в корабль – а тот уже возвышался над зданиями резиденции Юньхэ. – Хватит, – наконец сказал Цин Юйдунь, опуская руки, и Юй Ху показалось, что он устал. Перед ними возвышалась большая двухпалубная лодка, деревянная обшивка которой была из благородного дуба и испещрена вязью защитных чар. Темно-зеленые занавески мягко трепетали на ветру, а на носу висело знамя секты Юньхэ. Корабль подрагивал в цуне над землей, ожидая гостей. – На борт, – скомандовал Цин Юйдунь и махнул рукавом, заставляя деревянный трап мягко опуститься на землю перед ними. Ученикам дважды повторять было не нужно: шумя и переговариваясь, они поспешили на корабль, стремясь занять каюты получше. Чэнь Цзяолун бросил взгляд на кота, фыркнул и последовал за друзьями. Юй Ху же не торопился. Он наблюдал, как Дай Юнь подошел к его хозяину и что-то сказал, а Цзисюань качнул головой. Острые кошачьи глаза заметили его слегка побледневшее лицо и то, как медленно он поднял руку, чтобы заправить прядь волос за ухо. Дай Юнь тоже это заметил и нахмурился: изначально они договорились, что Цзисюань вольет лишь немного своей ци, чтобы в пути поддерживать защитный барьер, но теперь сожалел об этом. – Поторопимся, – окликнул их Хао Лэй, уже стоящий на трапе. Он непрестанно обмахивался веером и выглядел так, будто сейчас упадет. – Эй ты, ученик старейшины Цунчжэ, чего ты там застыл? – Я? – указал себе на нос пальцем Юй Ху. – Этот ученик не может взойти на борт до своего Учителя. – Лизоблюд, – фыркнул А-Цю, удобно устроившийся на палубе. Однако из-за этих слов червячок сомнений уже проник в его сердце: стоило ли и ему дождаться Учителя? Может быть, он поступил непочтительно? Пока Дракон сомневался в себе, Цин Юйдунь подошел к трапу. Он двигался с обычной легкостью и грацией, следы усталости полностью исчезли с его лица, как будто бы их и не было. – Юй Ху, – позвал его Цзисюань, и кот расплылся в улыбке. – Прошу вас, Учитель. Цин Юйдунь не придал этому значения и начал подниматься вслед за Дай Юнем. Однако на какой-то ступени он оступился из-за внезапно настигшей его слабости, но ловкая рука тут же придержала его за локоть. – Осторожнее,