— Виноват, ваша светлость, но я не знал, что молодому человеку всего четырнадцать, — вытянулся перед ним мой соперник, побледнев, — Вы и сами заметили, что выглядит он старше, а мне он про свой возраст не сообщил.

— Возможно, — кивнул ему губернатор, — Но что вы хотите этим сказать? Что будь он по старше, вы бы всё же вызвали его, предварительно сами же оскорбив? И это у меня на приёме, и после того, как я несколько раз заявлял, что не потерплю никаких конфликтов и дуэлей на своём вечере, да и в принципе, против любых дуэлей? Вы в своём уме, лейтенант? Вам погоны не жмут?

— Виноват, ваша светлость! — ещё сильнее выпрямился тот, — Больше не повторится!

— Конечно, не повторится, — согласился с ним губернатор, снисходительно улыбнувшись, — Потому что вы немедленно покинете бал и больше в моём доме не появитесь! Алексей! — крикнул он кому-то, и через секунду к нему подскочил один из слуг, — Проводите господина Червоного на выход, и сообщите дворецкому, что впредь в моём доме ему не рады.

— Слушаюсь, ваше сиятельство! — по-военному ответил ему слуга, и шагнул к лейтенанту, но тому дополнительного приглашения не требовалось. Он кинул на меня прощальный бешеный взгляд, и, не прощаясь, пошёл за слугой.

— Надеюсь, вы, молодой человек, никаких проблем моим гостям не доставите? — обратился ко мне губернатор, уже собираясь уходить.

— Если меня не будут оскорблять, то разумеется нет, ваша светлость, — выдохнул я.

— Вот и отлично. Отдыхайте, молодые люди, — благожелательно кивнул он нам всем напоследок.

* * *

— Щенок! — выдохнул Червоный, нервно потерев рукой шею. Это ж надо было так влипнуть из-за какого-то мелкого ублюдка! И так не вовремя! Если эта история дойдёт до командира части, то намечающееся повышение накроется медным тазом! Тот не рискнет вызвать неудовольствие губернатора, повысив того, кто только что вызвал неодобрение у главы региона.

И что же теперь делать? У этой истории было слишком много свидетелей, и вскоре она наверняка станет известно всему высшему обществу, что может закрыть перед ним все двери! А намечающаяся помолвка с Сашенькой? Её отец, бывший военный, вполне может дать от ворот поворот ему теперь!

— Твою ж мать… — выдохнул Червоный, поморщившись, и не торопясь садиться за руль своего автомобиля. В вечерней прохладе думалось намного легче, чем в салоне машины. Да и несмотря на антиалкогольное умение голова ещё была как чугунная после огромного количества выпитого спиртного.

И не собирался ведь напиваться, но то с одним приятелем пересекся и бокал опрокинул, то с другим, так и сам не заметил, как набрался под завязку.