— Тогда еще один вопрос. Почему я?

— Император выбрал тебя, дал тебе второй шанс, ты должен быть рад, — резко успокаивается Легат. — Там в своём мире ты умер, взамен ты будешь служить легиону и Императору. Все просто, не стоит пытаться найти в этом какой-то скрытый смысл.

— А Император — кто он? Дьявол? Сатана? Люцифер?

— Как же все банально, каждый раз выслушаю от новичков одно и то же, — раздраженно тянет Легат. — Сплошные стереотипы и каша в голове. Нет, Император — это не то, что ты думаешь. Он — сверхразум. Бог, если тебе угодно. Но далеко не в том понимании, как ты можешь его себе представить.

— То есть Система — это и есть Император? — спрашиваю я, хотя уже и так давно догадался.

— Именно, — улыбается Легат.

— Значит, он неживое существо? Что-то вроде искусственного интеллекта?

Легат поворачивается и окидывает меня негодующим взглядом:

— Живое, еще какое живое, но не существо, — он кривится и добавляет: — Не пытайся понять своим жалким умишком то, что за гранью твоего понимания.

— Сдается мне, что и ты своим умишком не слишком-то понимаешь, кто этот Император. И почему собственно Император? У него что? И империя есть? М?

Легат начинает еще больше раздражаться:

— Легион и есть его империя. А Император существует сразу в ста мирах, созданных им и Светлейшим.

— Вот про Светлейшего поподробнее, пожалуйста. Он, получается, бог светлого войска?

— Да, все так. Они две вехи противостояния, вода и огонь, день и ночь, лед и пламя. Два бога, что вынуждены вечность противостоять друг другу.

Я устало вздыхаю. Как-сложно-то все.

— Хорошо, — говорю я, — но объясни вот что — почему все так? Зачем все эти идиотские правила и этапы?

— Таков порядок. Светлейший и Император придумали эти правила противостояния. Без правил мир поглотит тьма и хаос.

— Правила? — зло усмехаюсь я. — Какие уж тут правила, если система, точнее, Император, постоянно их меняет, как ему вздумается.

— Отбор был испытанием. Император просто тебя проверял. Не многие достойны стать частью огненного легиона и уж тем более звания Иммуна. Кому-то не хватает смекалки, кому-то силы духа, а кому-то элементарно усердия. Все трудности и то, что тебе казалось, не имеет смысла, было частью проверки. Ты же прошел все испытания, можешь гордиться собой.

— Один хрен — это какая-то бессмыслица, — вздыхаю я. — Что дает это противостояние? На кой черт мы бегаем как дураки, убиваем друг друга, да еще и смертных в это втягиваем? Какой в этом смысл? И не нужно мне рассказывать про порядок мироустройства — это я уже слышал. Просто мне неясно — зачем? Не проще ли оставить в покое человечество и дать им сами развиваться и строить свой порядок?