Краем глаза, насколько позволяет обзор, замечаю толстые руки подопечного и большой живот. Чем больше смотрю, тем больше и грязнее хочется выругаться. Мой подопечный непросто полный, он жирный, просто, мать его, эпично жирный. Под два центнера не меньше. Точно, как те бедолаги из передач про похудение. По всей видимости, подопечный любит вкусно, жирно и обильно покушать, а про тренажерный зал поди и вовсе не слышал.

Осуждаю ли я? Разумеется! Я большую часть жизни посвятил спорту и такое наплевательское отношение к собственному телу и здоровью меня откровенно возмущает. Даже интересно, какое задание выпадет теперь. Надеюсь, мне не придется с ним бегать от милиции. как с Вовчиком, и плыть километровую дистанцию как с Санькой, или колотить кого-нибудь, как с Мишкой.

Потому что это сразу провал, это я сразу провалю задание, потому что Семен такого точно не выдержит. Хотя, если кого-то придется колотить, это может еще и получится. Достаточно Семе просто повалиться на противника всеми центнерами и готово. От него только мокрое место поди и останется.

Задание снова задерживают. Это у скверной системы, по всей видимости, новая привычка. Что ж, ждем, наблюдаем.

Семен наводит свой пэку на голографический шар, стучит пальцами по руке и шар внезапно меняет форму, делится на восемь круглых шаров, на каждом изображения: то ли фото, то ли видео на паузе. Оказывается, что последнее. Семен выбирает один из этих шаров, голограмма снова преобразовывается и теперь перед нами светловолосая девушка в легком платье в цветочек с застывшей улыбкой, позади нее яркая зелёная лужайка, аллея, деревья — судя по всему парк.

Семен активирует голограмму, и заодно приглушает свет. Девушка начинает двигаться.

— Привет, Сём! — радостно говорит она. — Как твои дела? Давно не виделись.

— Да, давненько, — слышится смущенный голос за кадром. — У меня все по-старому, работаю сейчас над одним крутым проектом.

— Не женился? — усмехается девушка.

— Не-е, куда мне? Да и некогда. — Он немного мешкает и спрашивает: — А ты?

— И я по-прежнему одна. Работаю все так же в больнице, но теперь уже хирургом.

Это что, запись воспоминаний? Неужели у них настолько развиты технологии? Или я что-то не понял.

— Круто! Ты большая молодец! Всегда знал, что все у тебя получится.

— Ты все так же с родителями живешь?

— Нет, ты что? — возмущенно говорит он. — Куда там с родителями, они мне б вообще жизни не дали. Я уже давно сам. Квартирку вот в Проксима-центре купил. Сам заработал.

Последнюю фразу он произносит с особой гордостью.

— Было бы здорово как-нибудь встретиться, пообщаться, — говорит девушка.