Только проблема была не только в них, но и в ином факторе, на сей раз однозначно человеческого роду-племени. Второй полицейский, явно не обрадовавшийся наличию у меня автомата, и лишь недавно доставший свой пистолет, сначала делал вид, что выцеливает тварей, но затем… Оружие поворачивается в мою сторону, да только я с самого начала не склонен был доверять никому из представителей правоохренительных органов. Вот и успел пальнуть в руку поганца, нанося не смертельную, но болезненную рану. И привлекая внимание оставшегося.

— Какого?…

— В меня пальнуть хотел, — отвечаю на до конца не прозвучавший вопрос. срезая уже более длинной очередью последнего из бегущих на нас существ. — Тоже рискнёшь или?

— Не до тебя! Тут иные, поопаснее.

Мда, иногда и логика стучится в находящиеся под форменной фуражкой мозги. Нечастая гостья, спору нет, но порой случается и такое.

— Пристрели его, сержант. Приказываю!

И ноль эффекта, поскольку сменивший магазин Борис предпочёл стрелять в сторону одного из двух увлечённых пожиранием живой и кричащей еды «зомбаков». Мне оставалось лишь прикончить остававшегося вне внимания, попутно отслеживая подранка в форме и при погонах. Тот же, рыча от злобы и ненависти, словно терял остатки рассудка. Потеряв же, бросился даже не на меня, а на своего коллегу, оскалив зубы и вытянув вперёд ещё здоровую руку. Хотя нет, не бросился, а довольно медленно двинулся, словно совсем утратив остатки сообразительности.

— Сзади, сержант!

Предупреждение оказалось вполне своевременным, но увиденное искренне шокировало того, к кому я обратился.

— Роман Алекссевич… Вы что? Куда?

И отпрыгивает в сторону, угрожая пистолетом, но не решаясь пустить его в ход.

Бах. Это уже я, переведя «огрызок» в режим одиночных выстрелов, разношу объекту колено. Бах! И второе, чтоб уж точно передвигаться не мог, разве что ползти, руками подтягиваясь.

— Что?..

— В глаза ему посмотри, сержант, — даю тому дельный совет. — Ты что, видишь там хоть остатки разума? Лично я не слишком. Тут даже не безумие, а один в один то, что я видел у этих тварей, которые и сейчас на нас выбежали, и до этого я с ними успел столкнуться. Это зараза. Непонятная, но чрезвычайно опасная. Возможно, потому эвакуацию и объявили. Только вот не разносится ли она таким образом дальше?

Говоря это, я отомкнул почти пустой магазин и, убрав его во внутренний карман, примкнул новый, полный.

— Но он же совсем недавно был нормальный!

— Да ну? — хмыкнул я в ответ этак саркастически. — А кто даже жопу не хотел приподнять, видя полный беспредел в паршивой сотне метров? Стоял, пивко попивал, мне хамил. Или это для тогда ещё твоего командира нормально было?