Используя шею твари как опору, я крутанулся, и нож вошёл в грудь Садовницы. Точно туда, куда указала Алиса. Я почувствовал, как клинок упёрся во что-то твёрдое и тёплое. Кристалл был уже размером с крупную вишню. Я ощущал его пульсацию, так напоминающую бьющееся сердце, каждый удар которого посылал волну энергии через корневую сеть.
Воткнуть и тут же провернуть, расширяя рану. Кристалл хрустнул под сталью разлома и раскололся, выпуская чистую, зелёную энергию, пахнущую землёй после дождя.
Кадавр-ядро жадно глотало эту добычу. Как голодный зверь рвёт мясо и закидывает в желудок почти не жуя. Садовница обмякла и начала заваливаться на пол, словно брошенный мешок с удобрениями, которым она по сути и была.
Купол перестал быть живым. Стёкла больше не дышали. Корни застыли в тех позах, в которых их застала смерть хозяйки. Теперь это была обычная заброшенная теплица. Грязная и вонючая.
Торн сидела на полу с серым лицом, привалившись к мёртвому корню. Я видел, как у неё трясутся руки. Уверен, что её каналы сейчас болят так, что хочется выть, но Колючка не выла — слишком гордая, чтобы показать слабость. Только сжала зубы и восстанавливала дыхание. Сегодня ещё ничего, а вот завтра утром её ждёт ад, после которого она станет намного сильнее.
Дэмион стоял рядом с Алисой. Она молча достала платок и аккуратно обрабатывала его руку. Закончив, она туго перевязала его рану и, чуть смущённо улыбнувшись, отошла в сторону. Интересно, что же Зрящая увидела в душе ледяного барса?
Эйра подошла ко мне и, посмотрев на тушу Садовницы, спросила:
— Доу, ответь: как ты в одиночку зачистил разлом?
— Если честно, то я оба раза чуть не сдох.
— Отморозком стоило назвать тебя. — Она обвела всех взглядом и сказала:
— Поздравляю с закрытием разлома. Мы справились, и это реально круто. Сейчас предлагаю по домам, а завтра вечером встречаемся в «Погребальном Звоне» и обсудим дальнейшие планы. Вечеринка за мой счёт!
Глава 21
Спустя сутки мы сиделе в уже знакомой вип-комнате «Погребального Звона» на втором этаже. Именно там мы заключили наш пакт с Эйрой и теперь тут была вся команда. Комната пахла кожей, хорошим деревом и большими деньгами, кровавыми деньгами. Мягкие диваны, приглушённый свет, широкое окно с видом на арену внизу, где сейчас было пусто — пятничные бои начинались только через два часа. На столе стояла пара бутылок вина, кувшины с соком, пять стаканов, тарелка с мясной и сырной нарезкой и корзинка хлеба. Алиса с удивлением крутила головой явно раньше никогда не бывав в подобных заведениях.
Торн сидела в углу дивана, подобрав ноги, и выглядела так, словно её пропустили через мясорубку, а потом попытались собрать обратно. Серое лицо, трясущиеся руки, каналы, которые я чувствовал даже без диагностики — воспалённые, горячие, пульсирующие болью при каждом вдохе. Но она пила яблочный сок из стакана маленькими глотками и не жаловалась. Колючка скорее откусит себе язык, чем признает, что ей плохо, все ещё не могла принять что бывает и так что рядом с тобой близкие, которые поддержат тебя. Ничего это пройдет, лёд уже треснул и теперь если никто ничего не испортит, то все будет хорошо и мы станем полноценным боевым кулаком.