— Ерунда, — хмыкнул Псих, — спустимся прямо по шахте. Детка, ты остаешься здесь. Маскировка.

Кибер отбежал к стене, замер, активируя систему маскировки, и исчез. Если внимательно всматриваться, то в неровном свете аварийных ламп можно было заметить некую противоестественность игры света и теней, в том месте, где он стоял. Но для этого нужно было подойти совсем близко.

Дверь шахты лифта не стала препятствием. Даже универсальная отмычка в виде термопасты не понадобилась. Псих оторвал одну их пластиковых декоративных панелей, а за ней оказался рычаг экстренного открывания дверей.

— Ну что, кто первый? — спросил он, покосившись в темный провал.

Их встречали. Стоило абордажникам Альфы-1 выбраться из лифтовой шахты, как коридор перед зоной лифтов взорвался огнем десятка стволов. К счастью, в этот раз на стороне защитников не было ничего серьезней обычных штурмовых винтовок. Реактивные пули высекали искры из стен, застревали в личных щитах и, потратив заряд, падали вниз.

— Что застряли! — рявкнул Псих, выбираясь из шахты. — Это же просто мясо! За мной!

Не переставая стрелять, он рванул вперед, опередив взрывы трех гранат, прилетевших в лифтовую зону.

Когда Марк и Джи достигли точки назначения, все уже кончилось. Жидкий заслон не принял бой и спешно отступил вглубь ядра, запечатав за собой все двери.

— Какие быстрые, — притворно посетовал Псих, ударив ногой по бронированной створке. — Открывайте! Больно будет.

* * *

За дверью что-то взорвалось, да так громко, что часть световых панелей отключилась. Белениус Суини на короткий миг испуганно замер, а затем вернулся к работе. Пальцы профессора легко порхали над клавиатурой, вводя необходимые корректировки в тонкий процесс переноса сознания в другое тело. В этот момент он чувствовал себя практически всемогущим. Богом!

Ради таких моментов он и живет!

Будучи ученым до мозга и костей, он без остатка посвятил себя науке. Деньги — инструмент. Слава — глупость. Мораль — препятствие. Все это глупое, пустое, напускное. И только наука вечна!

Джодок Дойл понимал его, как никто другой, дав то, о чем он всегда мечтал. Пришло время отдать этот долг. Будет ложью сказать, что Суини не боялся. Но как говорил один из его помощников «Глаза боятся, а руки делают». Умный был мальчик. Жаль, болтал слишком много и не только в лаборатории.

Профессор так погрузился в работу, что пропустил тот момент, когда выстрелы и взрывы прекратились.

Три бойца в тяжелых скафах и два десятка сотрудников службы безопасности в штурмовых — вот и все силы, что наспех удалось собрать для защиты лаборатории и Центра Управления. Остальные бойцы корпорации оказались разбросаны по станции и сейчас бесславно гибли, не в силах противостоять абордажным и штурмовым группам дома Фобос.