Марк не ответил. Никакого промаха не было, но какой смысл объяснять это мертвецу? Забравшись внутрь похожей на спальный мешок настенной койки, он защелкнул карабины страховочных ремней и поднес к лицу коммуникатор. Плавно удаляясь от корабля, гонимая заданной стартовыми двигателями инерцией спаскапсула все еще находилась в зоне действия местной сети.
— Август, — в который уже раз за день позвал он.
Будь на месте искина живой человек, он должен бы был возненавидеть барона дома Фобос за постоянные вызовы. Но искусственный интеллект отзывался на них с должной степенью скорости и флегмы.
— Слушаю… Странно, ты в открытом космосе?
— В спасательной капсуле, — поправил искина Марк. — Пусть Имиси заберет ее на торговец. Он поймет, какой именно.
Теперь оставалось только ждать. Марк сглотнул, его слегка мутило. Возможно, причиной этому была непривычная невесомость. Проведя всю жизнь в космосе, ему редко доводилось бывать вне действия систем искусственной гравитации. А может всему виной легкое вращение капсулы вокруг своей оси.
— Мне холодно, — внезапно сказал позабытый техник слабым, каким-то совершенно детским голосом. — Холодно.
Роняя в пространство красные шарики, он неуклюже барахтался в центре капсулы. Прежде бледное лицо его раскраснелось от прилива к голове крови, вызванного отсутствием привычной телу гравитации. Губы потемнели, став фиолетовыми, почти черными. Дернувшись раз другой, словно стреноженная лошадь, он захрипел, глотая ртом воздух. Постепенно дыхание его становилось все тише и тише. Словно вместе с воздухом из него уходила жизнь.
Глава 8 Сеющий ветер Двигайся вперед, не оглядываясь назад, и рано или поздно ты получишь удар сзади… (Марк Ортис де Фобос)
Система Гемина.
Орбита планеты Ромул.
185 день 565 года Потери Терры.
— Тигра!
Бокал в руке Марка дрогнул. Едва заметно, но все же. Джи обладала просто поразительной способностью пробивать броню его вечной невозмутимости.
Однако это становится утомительным. Если еще недавно он по ней тосковал, то сейчас поймал себя на мысли, что начинает считать часы до отлета девушки в Нейтральные системы. Слишком много шума и активности. Парадокс, но он даже начал немного скучать по скуке.
Его бокал был бесцеремонно отнят.
— Это что? — принюхалась Джи, упав в соседнее кресло. — Вино? А почему оно синее?
— Этот цвет зовется индиго.
— Синий он и есть синий. Зачем придумывать простым вещам сложные названия? — она залпом опорожнила бокал и тут же вынесла неутешительный вердикт: — Фу-у, ну и кислятина. Словно витаминный коктейль пьешь… Признавайся, что ты такого натворил на «Волчице»? Симона ходит, как пыльным мешком пристукнутая.