— Ни малейшего, — пожал плечами.

— Мда, — цокнул он языком, — если коротко, то хотим попробовать вас в оперативной работе. Будете постигать то, чем занимаются не только спецназ, но и такие, как я.

— Ничего не понятно, но очень интересно, — хотя голос энтузиазма не показывал. Мотаться по местам, где успели порезвиться спятившие или наглухо отрицающие любые правила сверхи, особого желания не было. Можно таких на месте преступления застать, чему они не обрадуются. Самая дерьмовая статистика по смертям как раз у оперативников, а не у спецназа, как можно подумать.

— Я так и думал, что вам понравится. Сейчас только ещё одного стажёра дождёмся и в путь. Вот, кстати, и она.

Последнее предложение мне не понравилось от слова «совсем», а когда повернулся, то не постеснялся вслух выразить весь свой восторг.

— Да твою же ж мать, то а.

— Я могу подумать, что ты, Морозов, совсем мне не рад, — широко улыбалась Воронцова, — Кирил Петрович, стажёр Карина Воронцова для прохождения практики прибыла, — она даже умудрилась встать по стойке смирно и щёлкнуть каблуками.

— Славно, славно, — потёр тот руки, — вы друг с другом знакомы, а значит, будет проще работать. Кстати, вы теперь напарники, а я, получается, ваш куратор. В машину, молодые люди, — приглашающе махнул он рукой, — по дороге объясню, куда и зачем мы едем.

Астафьев ждать нас не стал и первым сел в машину на водительское кресло, я же пошёл к задней двери, но с другой стороны машины.

— Даже дверь мне откроешь? — и глазками так хлоп-хлоп.

— Только если она ведёт на хрен, то обязательно открою и даже подтолкну, — ответил ей и сел в машину.

— Хам, — довольно сказала девушка, когда села с другой стороны.

Реплику я проигнорировал и уставился в окно.

Машина резко сорвалась с места, сразу набрав приличную скорость. Астафьев, похоже, торопился и соблюдать скоростной режим не собирался.

— Так, пока едем, кратко обрисую вам ситуацию, но для начала, — я поймал его взгляд в зеркале заднего вида, — Александр, меня настоятельно просили вам напомнить, что вы несёте прямую ответственность за своих подопечных.

— Я в курсе.

— Тогда позвольте узнать, где одна из них?

— В отпуске, — пожал плечами, — имеет право. То, что она ничего не натворит, уверен, потому нет причин для беспокойства.

— Да я и не волнуюсь, — усмехнулся мужчина, — это ваша обязанность, но я должен был спросить.

— О чём речь? — тут же влезла внимательно слушавшая блондинка.

— Тебя не касается, — ответил ей, — и можешь даже не пытаться говорить про работу, она тут точно ни при чём.

— Да я и не собиралась.