— Ничего такого, честно-честно, — и глазками так, хлоп-хлоп. — Саша молодой парень, которому не могут не нравиться красивые девушки. В этом ваша, мужчин, главнейшая слабость, и он не исключение.
— Я против, — вскочил Воронцов. — Не хватало ещё делать из тебя сладкую ловушку для какого-то там…
— Стоп, — решительно остановила его дочь. — Об этом никто не говорит. Я не собираюсь становиться шлюхой, даже ради более высоких целей. Мне просто интересно, на сколько его хватит и когда он сломается. — Губы растянулись в улыбке. — Этого можно добиться, не ложась в постель. Поверь мне, не он первый запутается в моих сетях.
— Опасно, слишком Морозов непредсказуем.
— Как и вы все, папа, без вариантов, — рассмеялась девушка.
* * *
Гостиная была погружена в мягкую темноту, которая убаюкивала и дарила покой сидящему на диване мужскому силуэту.
Его поза была расслабленной, даже, можно сказать, умиротворённой, как у того, кто сильно устал, а сейчас наконец-то добрался до места, где можно погрузиться в долгожданный отдых.
По лестнице бесшумно спустилась стройная фигурка девушки. Она ступала очень тихо и осторожно, чтоб не потревожить покой отдыхающего, дыхание которого было размеренным и глубоким.
Десяток невесомых шагов, и она уже стоит за спиной неподвижного. Он откинулся на спинку мягкого дивана так, что его лицо было направлено почти вверх, но даже если бы его глаза были открыты, то увидеть девушку не смог бы.
Её руки осторожно потянулись к нему, а потом мягко опустились ему на плечи, медленно провели по ним раз, другой. Руки стали более настойчивы, пальцы начали осторожно, но решительно массировать почти каменные мышцы, отчего по ним пробегали лёгкие судороги.
— Это был риск, — раздался тихий женский голос.
— Он был оправдан, — получила она в ответ почти шёпот.
— Иногда мне хочется, чтобы ты оказался неправ, — лёгкая грусть в словах, — и всё осталось как сейчас…
Глава 7
— Как дела, девочки? Что нового? С этой стажировкой мы стали мало видеться и ещё меньше общаться. Даже в академии всё происходит почти бегом.
Улыбка Воронцовой была широкой, глаза сверкали весельем, и вообще казалось, что настроение этой девушки никогда не падало ниже хорошего. Вот и сейчас она была единственной за столом в кафе рядом с академией, за которым сидели японки, и к ним же она присоединилась только что, кто улыбался.
— Не очень много причин для веселья, Кира, — ответила Минэко, — ты сама должна понимать почему.
— Как Алекс? — не обратила внимания на фразу подруги Айка.
— Так, говорю по порядку. Морозов в порядке, я лично его отвезла домой после всего, и он уже тогда был почти здоров, а сегодня тем более. Что касается твоих слов, — она посмотрела на Ватанабэ, — то твоей семье и Айки ничего не угрожает. Никто вас не подозревает, и это не мои слова, а вполне официальное решение.