Энергия же тоже претерпевала изменения в этой квартире. Все потоки смешивались в жуткий коктейль, который бурлил и приобретал ядовито-зелёный цвет, мутный и грязный, как тухлая болотина.

Меня сейчас больше смущало, почему эта дрянь продолжает собираться в одном месте и что будет, когда она достигнет критической массы? Что-то подсказывало о грядущей очень большой жопе.

— Всё очень и очень плохо, Саша, — голос Кирила Петровича был крайне напряжённым, я бы даже сказал нервным, — я знаю, что это такое, но объяснять сейчас долго, да и права такого не имею, но суть в том, что нам нужно как можно скорее уничтожить вот эту конкретную комнату. Лучше, конечно, всю квартиру, для надёжности, но вряд ли получится.

— В чём проблема? Сжечь тут всё, — мой голос прозвучал нервно, — только вспотеем спичками чиркать, если у вас, конечно, не огненный аспект.

— Нет, не он, но даже если и был, то огонь тут помогает очень слабо, если только уровня мастера, но таких рядом нет, а ждать нельзя. Задействуй тёмный аспект.

— Вы сейчас серьёзно⁈ Он не развит, — вспылил немного, — да, я его применил, но один раз, и то потом было не очень. Его просто не хватит! Капля силы против этого?

— Хватит! Ты сам поймёшь, когда начнёшь действовать, или, — он обернулся через плечо, — мы и ещё пара сотен человек снаружи сдохнем. Уйти не успеем, даже не надейся.

Я и сам видел подтверждение его словам. Эта дрянь стала сильнее пульсировать, а поступление энергии туда усилилось. Надо было решать, но жутко от этого решения было до чёртиков.

— Хрен с вами, — плюнул на всё, — что мне делать?

— Когда скажу, просто бей всей доступной тебе чернотой в средний труп, а потом просто не прерывай поток силы, я знаю, что ты способен на такое. Я же сделаю так, что на какое-то время комната станет ловушкой для этой мерзости. Готов?

Говорить не стал, просто кивнул. Чёрные ручейки уже бежали по своим каналам и собирались для удара, концентрируясь в одной точке. Она не очень быстро, но заметно увеличивалась в размерах. Я же почти сразу начал ощущать слабость, и по мере того, как точка росла, во мне начинал всё сильнее образовываться холод, ныть кости. Никогда такого не ощущал, а ведь тренировался с чернотой, правда, осторожно.

— Бей! — рявкнул куратор.

В тот же миг от меня отделилась капля тьмы и стремительно полетела в сторону трупа, от Астафьева же рванула волна силы в тот момент, когда чёрная искра преодолела порог квартиры. Сила Кирила Петровича очень быстро стала затягивать, словно плёнкой, со всех сторон жуткую комнату.

Только это я всё заметил краем глаза, потому как было вообще не до этого. Маленькая искра, не больше ногтя на мизинце ребёнка, коснувшись зелёной дряни, полыхнула чернотой так, словно искра огня попала в огромное разлитое пятно бензина.