Алёна протянула дрожащую руку к столику и взяла чашку с чаем, из которой сделала большой глоток, не замечая обжигающей температуры напитка. Было не до таких мелочей. Здоровье бы сохранить.

— Я не знаю, где Настя, — хрипло из-за пересохшего горла ответила девушка, — несколько месяцев назад они уехали вместе, а вернулся Саша уже один. Он сказал только, что с ней всё нормально и мне не стоит беспокоиться. — Она снова сделала глоток. — Телефон её с тех пор не отвечает, сама она со мной не связывалась.

— Допустим, я поверил, — слегка кивнул Аристарх Венедиктович, — дальше.

— По поводу планов тоже не сильно могу помочь, — она понимала, что такими ответами сама себе снижает ценность, но других у неё не было или не могла их сказать, — хозяин, — Алёна сбилась на этом слове, но быстро взяла себя в руки, — хозяин не делится со мной ими, а того, что я смогла заметить, не очень много.

— Мне подойдёт любая мелочь, особенно связанная с аспектами.

— Молнии, целительство и тьма, — быстро перечислила девушка, — их он тренирует постоянно, притом целительством ему приходиться заниматься больше всего.

— Почему им? Кого-то лечит?

— Себя он лечит, — передернула плечами Алёна. Ей действительно было жутко видеть то, во что он превращал сам себя во время тренировок. — Почти ни дня не проходит, чтобы Саша себя как-нибудь ни покалечил во время тренировок. Я как-то наблюдала один раз, например, как он пускал молнию из одной руки в другую. Кожа ожогами покрывается, а ему словно всё равно.

Старик выразил удивление слегка дрогнувшими бровями. Он знал, что парень себя не жалеет и экспериментирует с силой, но чтобы калечить самого себя… Такого он не ожидал.

— Ты спросила, зачем ему это? — Аристарх Венедиктович был в лёгком замешательстве. — Должно же быть нормальное объяснение.

— Чтобы не обращать внимание на травмы, — ответила Алёна. — Я спросила, и он ответил так. Вроде так он хочет натренировать себя на боль и перестать срываться в бесовщину из-за этого.

— Никогда такого не слышал. Работает?

— Непонятно, — пожала девушка плечами. — Но физически хозяин стал сильнее, двигается очень быстро. Иногда я даже уследить за ним не могу, хотя контролировать себя может очень хорошо. В обычной жизни и не скажешь, что может кости тебе в пыль раздробить за минуту или машину перевернуть, не особо напрягаясь.

— Давай-ка, девочка, всё в мельчайших подробностях вспоминай. Что делает наш мальчик? Когда? Где? Всё, всё…

Беседа, а вернее допрос, длился долго. Старик выспрашивал всё и не по одному разу, стремясь не упустить ни одной детали, и это могло не прекратиться никогда, а возможно перерасти вообще в допрос с пристрастием, если бы не хлопнула входная дверь.