— Держи, ешь скорее, — Алёна протягивала большую плитку шоколада.

— Спасибо, — кивнул ей на это, а потом впился зубами в сладость зубами, — ты просто чудо.

— Не отвлекайся, а закончишь, у меня ещё есть, — она показала зажатые в руке ещё парочку таких сладких брусков.

Не знаю, как у других сверхов, во всяком случае у Алёны такой особенности нет, но у меня после каждой интенсивной работы с силой наступает один неприятный эффект. Просто зверский голод, который, если не заглушить чем-нибудь калорийным, может доставить много неудобств, вплоть до потери частичного контроля над собой. Первый такой приступ был во время памятной прогулки по столице. Я тогда чуть всю шаурму не съел в одном ларьке, но повезло, что она вообще по пути встретилась.

Потом был долгий период затишья, но я не забывал о возможном рецидиве, потому, когда почувствовал неладное на одной из тренировок, уже знал, что делать. Дальше были многие опыты, которые выявили парочку эффективных способов борьбы с этим.

Первый — это еда. Лучше всего почему-то помогал шоколад, и желательно тёмный. Несколько солидных плиток более-менее приводили меня в норму.

Второй — более рискованный. Я им старался не злоупотреблять, но пару раз прибегал. Суть его в том, чтобы не избавляться от большого излишка энергии, а, наоборот, попытаться её удержать в себе, переварить. Опасность этого способа в угрозе подавиться такой халявой и выжечь себе каналы вместе с ядром. Такая себе перспектива, но в деле с пиявкой он мне помог.

— Ты не ответила. Как ты? — снова спросил, когда почти всё доел.

— Нормально, — пожала плечами девушка, — ты меня подлечил, а остальное не так важно. Меня интересует другое.

— Можешь говорить открыто. После устроенного здесь профессором ни одна аппаратура работать не будет, — успокоил её беспокойство.

— Это радует, — улыбнулась Алёна, — так вот. Я сделала всё так, как ты говорил на такой случай. Думаешь, он поверил?

— Ещё бы, — хмыкнул в ответ, — теперь им хватит на время информации, что я стал сильнее, могу более-менее контролировать свою бесовскую сущность, но что ещё важней, начал работать с тьмой осознанно, притом не по стандартной схеме.

— Не думаешь, что тебя просто могут запереть где-нибудь, чтобы разобрать на запчасти и проверить, всё ли рассказал?

— Не сейчас. Я показал слегка зубы, но не укусил. Пока они будут колебаться и решать, как лучше поступить, эта партия подойдёт к своему завершению.

Довольно потянувшись, слегка задумался. События ускорились, но пока не критично, хотя даже если динамика сохранится, то ничего страшного в этом нет. Я уже приблизился к нужному порогу силы, чтобы рискнуть, а сегодняшний случай приблизит этот момент ещё больше, и всё задуманное мной свершится.