— Вызвал.

— Врёшь! — констатировал я.

— Нахера тогда спрашиваешь, если и так знаешь⁈

— Просто интересно, — пожал я плечами. — Где девочки?

— Какие ещё девочки? Не понимаю о чём ты…

— У тебя есть ещё второе колено… — напомнил я, дёрнув глушителем в сторону его левой ноги.

— Можно подумать, ты просто уйдёшь и оставишь меня в живых, после того как я всё скажу… — криво усмехнулся русский.

— Может и оставлю…

— Не пизди!

Я поднялся с дивана, неторопливо прошёлся по комнате, задёрнул шторы на окнах, вернулся и присел перед ним на корточки.

— Где девочки? — повторил я свой вопрос.

— Пошёл нахуй!

Глухой хлопок… И второе колено русского разлетелось кровавыми ошмётками по комнате.

Вой. Дикий, нечеловеческий…

— Чёрт! Да на тебя ремней не напасёшься… — недовольно проворчал я. — Лежи здесь, я сейчас…

Я вышел в коридор, нашел спальню и шкаф у стены. Распахнул дверки, порылся в вещах, снял с вешалки пару ремней и вернулся к заметно побледневшему, но всё ещё цепляющемуся за жизнь обеими руками парню…

— Держи, — кинул я перед ним на пол ремни и терпеливо замер, ожидая, пока он закончит накладывать и затягивать очередной жгут. — Мне некогда играть с тобой в игры, Игорёк, — произнёс я спустя минуту, дёрнув глушителем в сторону его паха. — Следующий выстрел будет в член. И я даже убивать тебя не буду. Знаешь, что тебя ждёт без члена? Какая жизнь?

— Сука! — прорычал русский, глядя на меня из-под нахмуренных бровей снизу вверх.

— Ты игнорируешь мои вопросы. Ладно, я расскажу. Ты станешь кастратом, евнухом. В твоём теле перестанет вырабатываться мужской гормон, ты станешь пухленьким, симпатичным… Бабы тебя не будут интересовать… А ещё знаешь, что самое интересное…

— Да пошёл ты! — собрал он сухую слюну и смачно плюнул в мою сторону.

— Самое интересное… — легко увернувшись, невозмутимо продолжил я, стараясь не демонстрировать, как у меня самого подрагивают руки от волнения. Всё же не каждый день я пытаю людей и простреливаю им колена. — Самое интересное, что ты потеряешь своё место в воровской иерархи. Ты — мужик без члена. Знаешь, что твои же сделают с тобой на зоне, если, вернее, когда ты туда попадёшь? Ты станешь там девочкой… петушком… Это ведь западло — быть мужиком без члена…

— Тварь! Сука! Мразь! — дёрнулся в мою сторону Игорь, но тут же застонал от боли и замер, тяжело дыша. — Лучше пристрели меня! Сука!

— Зачем? — равнодушно пожал я плечами. — Считаю до трёх, и отстреливаю тебе твоё хозяйство… Раз… Два…

— Сука! Нет их здесь! Я не знаю, где они…

— Чёрт! — разочарованно произнёс я. — Совсем не знаешь?