— Новости о том, что Соран и Астария решили подчиниться Норвеллу уже разлетелись по городу. Вряд ли кто-то решит напасть на нас.

— И все же может.

Дождавшись, когда мы покинем город и немного отдалимся, я снова постучал по стенке. Карета остановилась. Открыв дверь и выбравшись, снял с пояса книгу. Агата уставилась на меня с удивлением. Кучер так же повернулся. В следующее мгновение печать на третьей странице засветилась, и передо мной возникла птица с вытянутой шеей и одним глазом. Она выгнулась и начала увеличиваться. А как закончила меняться, взмахнула крыльями. Я отдал мысленный приказ. Достаточно простой — лететь впереди, следить за происходящим и предупреждать меня.

Взмыв в небо, демон быстро исчез за облаками. Скорость у этого создания невероятная. К тому же, на большом расстоянии она ничем не отличается от самых простых птиц. Можно было бы, конечно, еще и демона-хищника вызвать, но это уже перебор. Не хочу параноить из-за ерунды.

Вернувшись в карету и подав сигнал кучеру, я сел рядом с Агатой. Она не стала ничего говорить, просто прижалась ко мне плечом и улыбнулась. Так наше путешествие в Кинуар началось. Мы отправились лишь вдвоем. Никакого сопровождения, никакой охраны. В случае чего, я всем покажу, что не стоит меня недооценивать.

* * *

Примерно в то же время

Проснувшись ближе к восьми часам, Лили откинула в сторону одеяло и приподнялась. Зажмурившись, она потянулась, отгоняя сон, и пробежалась взглядом по комнате. С недавних пор ее переселили в спальню родителей. Точнее, в последние годы здесь жил только отец. Мать уже давно скончалась. И комната это, надо сказать, была невероятно огромной. Для десятилетней девочки любые вещи казались слишком крупными.

Ящики комода были тяжелыми и открывались с трудом. Дверца шкафа весила столько, что приходилось тянуть двумя руками. Оружие на стенах и картины увлечений отца наводили ужас. Освальд обожал охоту. Лили, напротив, никогда не переносила насилия, но всегда скрывала это. Она с детства привыкла смотреть на истязания с хладнокровием. Прекрасно помнила, как отец впервые привел ее на чужую казнь, как обучал искусству пыток, как водил на охоту. Все это закаляло характер и медленно, но верно убивало ребенка внутри маленькой девочки.

Окончательно выбравшись из одеяла, Лили подползла к краю кровати и уже хотела спрыгнуть, как вдруг заметила на тумбе поднос с чашкой чая и письмом с красной печатью. Она знала, что с утра к ней может зайти только личная служанка, обладающая достаточно высоким статусом. Ей дозволено лично сообщать о последних новостях, чего бы они не касались.