— Сойдёт. Такими тоже училась сражаться, — девушка убрала своё оружие обратно и приняла моё.

— Так что случилось? — вновь поинтересовался я. — Поконкретнее бы, а, Эль?

— Я сама не знаю. У меня есть дар, который реагирует на серьёзную опасность, направленную на меня в данный момент. И он активировался минуту назад, когда я спала, — сообщила девушка.

— А что за опасность?

В ответ та молча пожала плечами.

— Ясно-понятно, что ничего не ясно и не понятно, — пробормотал я и посмотрел на дверь. — Я схожу на разведку. А ты…

— Я с тобой, — не дала мне договорить она.

— Хорошо. Я тоже самое хотел предложить.

В коридоре было тихо. Мы с ней дошли до двери, которая вела в другой переход, соединяющий нашу часть палубы с прочими отсеками. Как только мы её распахнули, то услышали далёкий шум, похожий на тот, который исходит от ремонтных работ. И здесь же мы столкнулись с одним из стюартов. Тот был взволнован и имел при себе длинный прямой меч в паре с щитом-баклером. Коридоры дирижабля были просторные с высокими потолками, поэтому выбор оружия не удивлял, скорее он был уместен: клинком за потолок не заденешь, а его длина самое то, чтобы сдерживать врагов в проходах, особенно хорошо таким колоть.

— Вернитесь в свои каюты! — потребовал он, как только увидел нашу парочку.

— Так я и иду к себе. А он меня провожает, — ответила Элля.

Её слова вызвали замешательство у члена экипажа. Тот не нашел, что скачать достойно в ответ. Вместо этого с наполовину просящими, наполовину требовательными нотками в голосе сказал идти обратно в мою каюту.

— Парень, да что происходит-то? — вмешался я в разговор. — Поясни и мы уйдём.

— Вернитесь. Нет никакого повода для тревоги. Утром вы даже не узнаете об этом мелком неудобстве.

— Что за неудобство? Если оно такое мелкое, то…

— Вернитесь к себе! — повысил он голос, в котором проскользнули истеричные нотки. — Это приказ! Вы обязаны слушаться любого из экипажа, не только капитана! Уходите в свою каюту и сидите там!

— Давай вернёмся, — Элля взяла меня за левую руку кончиками пальцев.

— Лучше расскажи, парень, — упрямо повторил я. — Или мы сейчас вернёмся туда, — я мотнул головой в сторону своей части палубы, — разбудим всех, у кого там каюты и сообщим, что на дирижабле крупные проблемы, которые от нас скрывает экипаж. И они крупные настолько, что даже стюарта вооружили.

Тот выругался и зло посмотрел на меня. Не знаю, сказал бы он мне правду или нет после моей эскапады без дополнительного давления, но в этот момент воздушное судно заметно вздрогнуло, а звук «стройки» усилился.