Еле дошёл до своего временного пристанища. Случилось это перед началом сумерек. Не доходя несколько сотен метров до пещерки, я полностью разделся, бросил под выворотень все вещи, пропитавшиеся моей и демонической кровью и вонявшие хуже, чем засор в канализационном стояке, кое-как отмылся в ручье и натянул на себя чистую одежду из запасов. Завтра или чуть позже попробую отстирать старую. Хотя что-то подсказывает, что вряд ли это получится.
В свою пещеру заползал из последних сил и на чистых морально-волевых. Раны за время пути растряслись и принялись обильно кровоточить, замарав новые вещи. Завалив проход, я рухнул на лежанку и мгновенно отрубился.
Проснулся в темноте. Долго не мог понять, где я, сколько сейчас времени и почему так гадко. Понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить недавние события, ставшие причиной столь мерзкого самочувствия. А вот с определением времени получилось не так просто. Но вскоре и тут справился. Выходило так, что я проспал больше суток и сейчас уже поздний-поздний вечер, почти ночь.
Голод был такой, что у меня от первой мысли о еде сильно засосало под ложечкой в животе и началось обильное слюноотделение во рту. Никогда такого ранее не испытывал. А тут как у собаки слюна течёт. Потом задрожали руки. Быстро достав полоску солёного и перчёного козьего мяса, я целиком затолкал её в рот, сделал несколько жевательных движений и проглотил. За первым куском последовал второй. После него прервался и взялся за флягу. Воды захотелось ещё больше, чем еды. Сам не заметил, как опустошил вместительную флягу из горлянки, в которой было живительной влаги больше литра.
— Уф, — выдохнул я спустя четверть часа. Живот был набит до упора. Но даже так чувство голода полностью не ушло. Слишком оголодал за то время, пока валялся без чувств. Повезло, что ко мне никто не забрался и не перекусил моей тушкой.
Победив голод с жаждой, я наконец-то, решил осмотреть свои раны. Вспомнил про них только сейчас. На штанах и рубахе остались крупные и заскорузлые пятна от крови и гноя, насквозь пропитавшие повязки и испачкавшие одежду. Возиться с размачиванием не стал. Сначала пощупал места, где меня исполосовали когти демона. Боли не было. И тогда я срезал ножом самостоятельно сделанные из холста бинты. Под ними ран не осталось. Только неровные и некрасивые шрамы. Особенно был огромен тот, что на бедре. Но на красоту мне было плевать. Тем более что рано или поздно Регенерация из амулетов уберёт и их. Убедившись, что цел и здоров, я попытался прощупать амулеты. Но не смог. Зато обе моих поделкичитались в листе характеристик моей ступени Возвышения, как надетые амулеты.