Раненый страшно заорал вскинул левую руку и схватился за арбалетный болт. Миг — и он его вырвал. Из раны плеснула струя крови. Одновременно с этим я ощутил, как головная боль утихает, и ко мне возвращаются силы с реакцией. Терять время на перезарядку арбалета не стал. Бросил его под ноги и выхватил из инвентаря кнут.

Щёлк! Щёлк!

Первым ударом я попал ему в грудь. Зато второй влепил в лицо. Стальное кольцо на кожаном ремне рассекло его щёку.

Щёлк!

Третий удар выбил противнику глаз. Эта моя атака совпала с его ударом по моему разуму. Это было подобно удару молотка по лбу. И хоть удар не являлся физическим, я всё равно упал с ног и выронил своё оружие.

'Вы нанесли смертельный урон существу Красной ветви

Вы получаете: 1 Великую марку общего развития

8 больших марок общего развития

75 крошечных марок общего развития

1 среднюю марку усиления навыка Разделка добычи

3 средних марки усиления навыка Правильная сушка трав

1 среднюю марку усиления навыка Владение пращой

1 жетон с навыком Разделка добычи

1 жетон с навыком Владение пращой'.

Я валялся на земле не больше минуты, приходя в себя после особо мощного псионического удара. Но этого времени вполне хватило, чтобы раненый враг истёк кровью, тем самым избавив меня от всех проблем, попутно наградив неплохим хабаром.

— Спасибо тебе, тварь, чтобы тебе черти в сковородку свежего маслица подлили, — прошептал я, поднимаясь на ноги. Слова свои направил в адрес главы клана, из-за которого чуть не погиб и оказался в этом месте. Благодаря выпавшему с него жетону со специфическим навыком я избежал смерти или чего похуже. Ментальная защита прикрыла меня от мента… то есть, псионической — именно так, кажется, называется данная способность у «красных» — атаки киборгов, вышедших на наш лагерь.

Несмотря на гибель врагов, мои товарищи не торопились просыпаться. Да и боль, раскалывающая мне голову, только ослабла, но совсем не пропала. Это заставляло думать, что где-то в темноте сидит ещё один такой же урод. Послабее первых, но всё равно опасный. Мне дико повезло, что парочка киборгов оказалась без оружия.

Время шло. Новые враги не появлялись. Мигрень понемногу отступала.

Предположив, что гипотетический третий киборг отступил или ослаб от постоянно воздействия, я решил повторить попытку привести в чувство спутников.

— А-а, демоны тебя дери! — заорал охотник, которому я прижёг запястье головнёй из костра. Прочие попытки вытащить его из царства Морфея у меня провалились.

— Тихо! — шикнул я. — На нас напали, все без сознания.

Тот вытаращился на меня.