Догнав спокойно идущего светлоликого, мы смиренно пошли следом. Пройдя через весь огромный сад, мы оказались у входа во дворец. Везде ходили вооруженные огнестрельным оружием армейцы, а рядом с ними бегали, принюхиваясь к округе, волкодавы. Эти боевые животные верой и правдой служили верующим многие века. Вот и сейчас именно они находились на острие защиты человечества. Мы же последовали дальше. Внутри дворец был еще роскошнее, чем снаружи. Огромные залы, украшенные картинами неизвестных мне художников; сверху свисали немыслимой красоты люстры, а пол блестел лакированным деревом. Роскошь этого места бледнела перед последним залом, в который мы вошли. Там за огромным столом неспешно поглощал едусам его святейшество. Великий патриарх верующих и наместник повелителя, того, что напрямую общался с нашим богом.

От вида святого у меня задрожали ноги, сами собой сгибаясь до пола. Но быстрый взгляд светлоликого не позволил мне упасть ниц перед великой фигурой. На краю сознания возникла пугающая своей ересью мысль. Почему мы там прозябаем под землей, питаясь крохами и не имея возможности на нормальную жизнь, а они тут живут в роскоши и довольстве? Но я тут же придавил эту гадину на корню. Явно еретики попытались внушить мне богохульные мысли. Конечно, великие должны жить именно так. Ведь они есть защита наша и опора. Как иначе? Мы живем лишь из-за милости их, да еще и по сути объедаем тех, кто и без нас может спокойно прожить. Но они слишком благочестивы, и не могут бросить на произвол судьбы народ. Потому и пекутся о нашем существовании, не щадя себя в трудах ежедневных.

— Это те, кого ты выбрал? — Равнодушно спросил патриарх, кинув на нас свой взор серых глаз с красным зрачком.

Откуда-то опять появились странные мысли, мол, это какой-то демон. А кто такой демон? Демон — это посланник бога? Наверно, так и есть. Но откуда у меня возникло это слово? Может опять внушение еретиков? Все не успокоятся, уроды. Все пытаются влиять на наши мысли исподтишка.

— В них больше всего силы. — Пожав плечами, произнес светлоликий.

— Действительно. — Хмыкнул патриарх, откидываясь на спинку стула. — Хороший потенциал. Ладно. Выбрал, так выбрал. Только учти, если и в этот раз проиграешь сражение домену Версала, я тебя лично скормлю собакам.

От этой фразы светлоликий вздрогнул, а я осознал, что понимаю речь великих. Но как? Откуда? Конечно, многие слова я осознавал с трудом. Какие-то дома, собаки. О чем он? Но то, что они говорят на высоком языке, доступном только высшим существам, я понял только сейчас. Почему-то решил сделать вид, что не понимаю, о чем они говорят. Испугался? Но чего? Великие всегда поймут и оценят по заслугам. Так чего тогда я страшусь? Или же это просто… Додумать я не успел. Ибо в это мгновение от патриарха пошла какая-то незримая волна, что коснулась нас обоих, а после произошло то, о чем я даже мечтать и не думал. Во мне вспыхнуло что-то особенное и знакомое. Родное и близкое. Впрочем, на этом изменения не закончились. Я неизвестно откуда знал, что это во мне проснулось, и как это все применить. Но откуда?