У них тут, оказывается, успела появиться такая наука, как астрономия. В зачаточном виде, конечно, но про шарообразность планет, в том числе и их собственной, они знают, как, и про существование солнечной системы, и про гигантские размеры светила. То есть, не все знают, а только Чопарь. И уж точно не может такого знать бес.

Впрочем, есть у меня подозрение, что помимо проверки во всём этом спрятан и личный интерес долговязого умника, который впитывает вливаемые в него откровения, открыв рот и с замиранием сердца. Моя принадлежность к бесовскому племени больше не обсуждается. Я всем всё доказал. Ещё несколько минут просвещения, и буду заканчивать лекцию.

— Поразительно! Больше, чем поразительно! Ваши знания просто бесценны, — восхищался, неосознанно перешедший на «Вы» в обращении ко мне Чопарь. — А могли бы вы рассказать про ваш мир? Представляю, какой там, у вас, уровень технологий…

— Нет, не представляешь, — улыбнулся я. — Но про мой мир теперь только в прошедшем времени. Мою родную планету, как и многие другие, захватили гахары. Людей на них больше нет. Могу рассказать только как оно было там до войны. Но это долгий рассказ.

— И потому мы послушаем его когда-нибудь позже, — понял мой намёк Вепрь. — У меня и так башка пухнет. Давайте решать, как жить дальше.

— А что тут решать? — фыркнул Клещ. — Китар всё сказал. Нам нужно доставить Дерхана к Вершине. Не против, если я и дальше буду тебя звать Дерханом? — повернулся коротышка ко мне.

— Не против. А на людях никак по-другому и вовсе нельзя.

— Мы и так шли к Вершине, — пробурчал Вепрь. — Забыл? Оно Путь называется.

— Так, чего ещё хочешь? — не понял Клещ.

— Хочу ясности, — зачем-то встал Вепрь. — Ло к Вершине ведём — это не обсуждается. Это мы решили уже. Людской род спасать надо — тут спорить не о чем. Я про другое.

Обведя взглядом всех и не дождавшись возражений, бородатый охотник повернулся ко мне.

— Ты — мудрец. Спору нет. За свой долгий век ума всяко набрался. И силён, как три буйвола, и драться умеешь, и ещё то да сё. Но у нас здесь, что главное? Жизнь наша — охота. Охотник ли ты? Есть ли опыт потребный? Зверя здешнего знаешь?

— Не надо, — остановил я собиравшегося продолжить Вепря поднятой рукой. — Я понял о чём ты. Есть такие две вещи, как тактика и стратегия. Наверное, слышал. В охоте ты главный. На тех же хозяев ведёшь отряд ты. В лесу твоё слово решающее. Всё, что связано с тактикой, когда дело касается зверя — командуй, я подчинюсь. Ну, а стратегия — это ко мне. На ту же Твердь двинемся, лишь когда я решу, что готовы. В команду людей отбираю опять же я. Переговоры с кем-либо веду снова я. Но всё обсуждаемо, и советы всегда принимаются.