Последнее было сказано уже в другом, резком тоне и адресовалось мальчишке-слуге, который мигом помчался к стойке за тренировочными мечами.

Какая удача! Оружие мага пережило плавание — и скорее всего далеко ни одно. Едва ли порожники часто обследуют днища своих кораблей. Кто-то нашёл их, достал, оценил по достоинству и не придумал ничего лучшего, чем продать их на рынке. Наверняка, за огромные деньги. Мои бывшие клинки, рядом с которыми даже мечи Хо — убогие поделки, находятся в одном со мной полисе. Извини, королёк, но ты мне их отдашь.

Не сейчас и не факт, что по доброй воле, но моему нынешнему телу такое оружие жизненно необходимо. С этими мечами я приближусь к Китару в возможностях. Его клинки режут лучше, и длина у них больше, только вот исчезают спустя три секунды, а мои при мне будут всегда.

Нужно срочно инициировать ещё одну встречу с Хайтауэром. Чего хочет король, узнавший про меня много нового? Намёк, несомненно, был приглашением. Я сегодня же воспользуюсь им.

— Может быть, кто-нибудь ещё хочет к нам присоединиться? — тем временем обратился принц к зрителям. — Попробуем надавить на мастера Дерхана числом. Это не страшно. И даже не больно. Давайте смелее.

Предложение дельное. Бой одного против всех будет мне интереснее.

— Не стесняемся. Я только за, — поддержал я благородного усача.

И теперь уже смельчаков нашлось более, чем достаточно. Больше десятка мужчин, в основном знатных кровей, тут же вызвалось добровольцами. Столько мне было не нужно. Объяснив при поддержке согласившегося со мной Вальдемара участникам предстоящего боя, что чересчур большое число фехтующих в тесноте ограниченного пространства площадки, только облегчит мне задачу, я отобрал шестерых соискателей, откликнувшихся на призыв первыми, и босоногие служки забегали между нами и стойкой с оружием.

Представление в этот раз получилось куда более зрелищным, чем наш поединок с принцем на рапирах. Я позволил семёрке противников провести пять попыток меня одолеть. Каждая уложилась примерно в минуту. Я не буйствовал, не форсировал события и не перегибал палку. Никаких сломанных костей и деревянных мечей, никаких рассечений, тяжёлых ушибов и разбитых голов. Просто поражал в критические части тел, обозначая удары с уколами, не позволяя при этом достать себя. Одни только скорость и мастерство, без третьего фактора своего преимущества — силы.

Понравилось всем — самим участникам, продержавшимся с их точки зрения долго и избежавшим травм, босоногой обслуге, переживавшей после моего выступления с копьями за инвентарь, моим соратникам, на протяжении всего боя шумно поддерживавшим своего лидера и, конечно же, многочисленным зрителям, окружавшим площадку тесным кольцом.