Девушка вскочила со скрипучего кресла и принялась ходить по комнате, внимательно разглядывая тонкие силовые линии по периметру. Я же полностью сосредоточился на артефакте в моих руках.
Глава 9
Кто же умудрился такой длинный рисунок столь искусно вписать в столь маленький шарик? На второй сотне примитивов я сбился со счёта и просто аккуратно выписывал последовательность палочек и кружочков. Нить ныряла к центру, металась в очень плотном ядре, выпрыгивала к поверхности, бегала между стенками, вгрызалась в тело шара и всё никак не хотела заканчиваться.
Когда я наконец-то добрался до финишной точки, в глазах саднило так, словно кто-то сыпанул в них по горсти песка. Я проморгался и потянулся, разминая затёкшую спину.
— Спасибо, — я подошёл к Алине и протянул ей шар. Она успела подтащить кресло к стене и сейчас задумчиво наблюдала за происходящим.
— Немолов вернулся, — девушка, не отвлекаясь, забрала артефакт и убрала его в карман. — Минуту светил той же надписью, «вызови меня», а когда инквизиторша вернулась, всё спрятал. Сейчас стоит и как будто дремлет у стеночки. Я решила сразу тебе не говорить, ты был очень сосредоточенным. Когда умудрился так хорошо научиться ментальной магии? Тебя Ксения Ивановна так натренировала?
— Нет, — я улыбнулся Алине. Всё, с сегодняшнего дня прекращаю всем подряд рассказывать о своих умениях.
— Не скажешь, кто? — девушка хмыкнула. — Ну, неудивительно. О таких вещах лучше вообще никому не говорить. Насколько я знаю, в нашем королевстве толковых менталистов по пальцам руки сосчитать можно. Да не волнуйся ты так, я не Лена, не разболтаю. Да и некому, один Артур у нас стоящий, но он увлёкся этой оркой, идиот, и на меня внимания вообще не обращает.
Алина вздохнула и перевела взгляд на стену.
— Немолов нервничает, — спокойным голосом произнесла девушка. — Свяжись с ним уже. А то инквизиторша как-то слишком хищно посматривает на всех. А куда делся Острогов?..
Голос девушки оборвался, я оказался на ментальном уровне, вызвал к себе Сергея Петровича и окликнул его по имени.
— Отлично! — профессор встрепенулся, огляделся и увидел меня перед собой. — О Всесильный, я уже даже не знаю, радоваться или печалиться, что ты у нас такой одарённый. Острогов считает, что нужно печалиться. Ладно, это потом. Ти, я ведь правильно понял, что можешь видеть нас? Да? Замечательно. Тогда слушай меня внимательно и запоминай. Будем импровизировать. но нужно сделать всё очень хорошо, потому что второй попытки, судя по всему, у нас не будет…
Я вынырнул из ментального уровня.
— Алин, — я поднялся с пола и отряхнул ладони от пыли. — Пора выбираться.