* * *

От воспоминаний меня отвлекла Кира, которая по внутренней связи сообщила, что орудие исправно и готово к стрельбе. Везёт нам, прорвавшиеся к кораблю дроны противника взорвались почти на блоке наведения батареи, и я боялся, что он вышел из строя. А раз он исправен, продолжим, пожалуй, есть у меня на примете очередные застранцы, которые как раз эти дроны и запустили в мою драгоценную тушку…

Подкрепление к нам прибыло только через шесть часов. Методичный огонь трофейной батареи и действия десантников заставили противника откатится, после чего конфедераты прекратили вести стрельбу, видимо собираясь с силами и перегруппировываясь. Командир нашего взвода и ротный, в окружении техников вошли в помещение центра управления стрельбой, и удивлённо замерли на месте. Мы все, трое выживших, Кира, Заг и я, сидели на ложементе в одних комбинезонах и с удовольствием ели. Наши измочаленные и перепачканные грязью и кровью штурмовые комплексы стояли рядом и сейчас были почти бесполезны. Боеприпасов у нас не осталось, батареи сели, все блоки израсходованы. Скафандры тоже отдыхали, проветривая свои внутренности от запаха пота и страха своих владельцев.

С едой — это Кира постаралась. Пока я пытался изобразить из себя артиллериста, а Заг, заняв позицию на верхней палубе был в охранении, эта хитрая девка где-то раздобыла самую настоящую еду и свежие фрукты! Говорит, что каюту капитана этой посудины размародёрила, а потом и у плиты успела постоять немного. Добытчица, и инстинкты женские у неё во всю работают! Надо накормить мужиков, если есть возможность! Это у всех нормальных женщин на генном уровне заложено, наверное.

Увидев жаренное мясо и сочащиеся соком ломтики экзотических плодов, я не выдержал. Больше суток мы питались безвкусной питательной смесью из системы жизнеобеспечения скафандров, и мой желудок предательски заурчал. Я больше ни о чем кроме еды думать не мог! Мне было всё равно, от куда взялся этот шикарный стейк, что я видел перед собой, пусть даже это и человечина, которой вокруг валяется немереное количество, я хотел жрать! Плюнув на всё, я вызвал своих подчинённых, и как старший по званию объявил обеденный перерыв. Война подождёт, а мясо может остыть! Ведь ещё наши деды придумали поговорку про войну и расписание приема пищи! И вот как раз, когда мы были на расслабоне, начальство и соблаговолило явиться. Так всегда бывает, это называется закон подлости! Пока мы тут попу рвали в попытках выжить — никого не было, а как только пожрать сели — нате вам пожалуйста! Видимо тоже наше мясо учуяли гады!