— Миш, пробей мне одного товарища, — и продиктовал мои данные. — Я потом еще дам списком на установление личности.

С той стороны провода менту что-то ответили. Тот кивнул и трубку положил. А потом сразу к делу перешел.

— Гражданин Абрамян Сурен Карапетович выстрелил в гражданина Матюшенко Кирилла Викторовича в ресторане «Донской берег» по улице Левобережная сегодня в…

Следователь сразу дал понять, что осведомлен о деталях происшествия, которые, по всей видимости, получил от предыдущих, кого опрашивал. Сами детали при этом не описывал, хотел от меня услышать, как я вижу.

— Видел, как это произошло? — следователь поправил очки, на «ты» сразу перешел.

— Неа, — я покачал головой.

— А ты что там делал? — сразу выдал он второй вопрос.

— В ресторан пришел, — я плечами пожал. — Поужинать с пацанами. Говорили, там вкусно кормят.

— В Ростов зачем приехал?

— Дембельнулся с армии, на «Роствертол» устроился, теперь снова работу ищу… пока не нашел.

— Нигде не работаешь, а по ресторанам дорогим ходишь, — знающе хмыкнул следователь, что-то записывая. — Где ты был, когда стреляли?

— В туалет отходил как раз.

Следак был опытный и, скорее всего, сразу понимал, что ничего конкретного мне пришить не удастся. Поэтому вопросы были, по большей части, формальные, но и без перчинки не обошлось. Вдруг на чем-то посыплюсь, и он меня сможет притянуть? Далее следователь поинтересовался знаю ли я тех, с кем был в ресторане.

— Вместе в зале с ребятами занимаемся, — нашелся я.

— Название зала? — он как будто бы прислушался, хотя ответ, конечно, прекрасно знал.

— «Спартанец».

— Понятно.

Вытащил из кармана пачку «Примы» без фильтра, закурил, пыхтя как паровоз.

— А чего кулаки сбиты?

— Упал.

— И ты упал…

Я кивнул — мол, а что, бывает.

— Скользко, в туалете как раз полы помыли.

Я прекрасно понимал, что прикопаться до меня абсолютно не за что. Легенда у меня железная, даже если захочешь найти состав преступления, все равно не найдешь. Если по беспределу только шить, а следак явно не из фантазеров, которые дела придумывают. Следователь докурил «Приму», в пепельнице потушил. Он закончил писать, повернул ко мне серый лист и сказал:

— Пиши — с моих слов записано верно, мною прочитано, подпись, дата.

Прежде чем расписываться, я внимательно все прочитал, чтобы в моих показаниях лишнего ничего не появилось. Все было ровно так, как я и говорил. Раз так, то подпись я поставил.

— Ты задержан на двое суток, — сухо прокомментировал он.

В этот момент зазвонил телефон. Следак снял трубку, выслушал, поблагодарил звонившего.

— Говорят, что ты у нас чистый, даже доставлений в вытрезвитель нет, — озвучил он, очевидно, это ему по запросу перезвонили.