Лесной варг вожак наносит вам сто шестьдесят девять единиц урона.

Ух, надо валить его как можно скорей, больно урон у него высокий…

Это было сложно, я едва не улетел на перерождение, но мы справились. Вожак хоть и оказался несколько «толще» обычных варгов, но большим количеством жизней похвастаться также не мог.

— Даригер! — окликнул я мага, когда он обыскивал тело павшего в неравном бою вожака.

— А?

— Ты уже дважды назвал меня по имени. Хотя я тебе его не говорил. Ты или телепат, или соглядатай. Но в мистику я не верю.

— Вот ведь, — всплеснул руками он, пнув мертвое тело гиены переростка. — Никакой добычи!.. Да, плохой из меня вышел шпион.

— Значит все же шпион. И зачем кому-то понадобилось шпионить за мной в игре?

— А что ты будешь делать, если я не отвечу? Убьешь?

— А смысл? Ты же все равно возродишься. Просто прекращу с тобой всякое общение. И так, кто же ты?

— Тогда позволь представиться. Тимур Федорович Бакаев, заместитель директора Центра Изучения Синдрома Крэма, и твой лечащий… Хм, это слишком наглое утверждение. Скорее просто наблюдающий за тобой врач.

— Скажите, док, а как вы меня находите? — заинтересовался я. — Мне казалось, что слежка за игроками запрещена системой.

— Давай на ты, мы все же в игре, — поморщился он. — У любого правила есть исключения. Наблюдение извне — да, запрещено. В местных борделях можно заснять такие кадры, что вся порноиндустрия разорится. Хотя, она уже и так полностью переехала в виртуал… О времена, о нравы, да. Но кто мешает вести наблюдение из самой игры? Я записал тебя в программу психологической реабилитации. Есть такая для различных категорий больных. В виртуальном мире они находятся под надзором кураторов и те всегда могут точно определить их местоположение.

— И мы плавно приходим к главному. Чем же вызван этот странный интерес к моей скромной персоне?

— Ответ на этот вопрос прост и сложен одновременно. — Даригер потеребил мочку уха, сцепил руки за спиной и прошелся по поляне. Я терпеливо ждал. — Твои приступы, они очень странные. Я изучаю Синдром Крэма с самого начала, все четыре года, но ничего подобного никогда не видел. То, что всех больных поместили в капсулы полного погружения, дало нам уйму новых данных. Обрадует тебя это или нет, но твой случай уникален.

— И чем же?

— Во-первых, у тебя очень частые приступы. Это мы знали и раньше. Но когда ты сидел под замком, в случае неадекватного или просто подозрительного поведения управляющий искин Центра сразу же включал протокол двенадцать.

— Вот это я прекрасно помню! Знаете, док, это очень неприятная штука, когда в место твоего обитания пускают газ, пусть и усыпляющий.