Некоторое время ничего не происходит. Потапыч завязал бой со скелетом-беглецом, а мы добиваем остатки своих мобов.

Может, все обойдется?

Из-под крыши колокольни вылетает несколько ворон, оглашая окрестности противным, хриплым карканьем.

Бом!

Колокольня вздрогнула, с крыши посыпались остатки черепицы. От стен отвалилось несколько камней кладки.

Бом!

Удар колокола разошелся по развалинам города подобно взрывной волне.

Бом!

— Похоже, влипли, — настороженно оглядываясь, Или покрепче сжала, свое практически бесполезное копье.

— Мне кажется, или температура упала на пару градусов? — это уже Нисса. А ведь она права, в воздухе явственно чувствуется морозная свежесть.

Туман сгустился. Камни руин и надгробия покрылись белой пленкой инея, а из руин послышался протяжный, похожий на завывания плач. Этот плач приближался с невероятной скоростью, пока не появился его источник. На вершине покосившейся колокольни появился призрак. Выглядел он как полупрозрачная, одетая в белый саван, молодая девушка.

Лишенные зрачков глаза уставились прямо на нас.

— Ты вернулся ко мне, мой милый? — нежно проворковала она. Внезапно, черты ее лица меняются, и вот на нас смотрит оскалившийся череп. — Ты бросил меня, мой милый! — надрывно визжит призрак. — Предатель! Предатель! Смерть! Смерть! Смерть!

Призрак тает в воздухе. Колокольня озаряется зеленным светом.

Бом!

Как же я ненавижу этот звук, он пробирает до самых костей. Звуковая волна почти осязаема, она словно пытается выбить из тебя душу.

В тумане парами загораются зеленые огоньки. А еще этот странный стук.

Я посмотрел вниз. Кости разбитых нами скелетов, самостоятельно перекатываясь, стягивались в одну кучу. Ради интереса, я наступил на одну из них, вдавил в землю. Какая-то неведомая сила вырвала ее из под моей ноги и притянула к прочим.

Из сгустившегося тумана стали выступать скелеты, волны и волны скелетов с горящими зеленым огнем глазами. С таким количеством нам не сладить, просто задавят числом.

Общая куча костей выстраивается и вовсе во что-то непонятное. Настоящая костяная многоножка. Звучит смешно, но выглядит несколько жутковато.

Впрочем, все это сейчас неважно. Сейчас важно только одно — умение быстро, желательно очень и очень быстро, бегать.

Мне даже не пришлось озвучивать эту мысль. Я еще только открыл рот, как обнаружил, что остался, если не считать Потапыча, в гордом одиночестве. А Нисса, Или и Даригер бодро улепетывают… производят стратегический маневр именуемый отступлением, в сторону руин.

Почему именно туда? Этот я еще успею обдумать, а сейчас — бежать!