На лужайке перед домом тоже были люди, точнее, парочки — какой-то парень что-то шептал девушке, та смеялась в ответ, еще двое присели на лавочке и целовались. Несколько человек курили под балконом, глядя наверх и обмениваясь пьяными шутками.

Я аккуратно приоткрыл калитку, введя код в цифровой замок, бочком дошел вдоль забора до первой парочки. Прокрался у них за спиной, подхватив початую бутылку шампанского. Выпрямился и, чуть прихрамывая, но не скрываясь, двинулся к дому. Надеялся, что гости друг друга в лицо не знают.

Сзади окрикнули, заметив пропажу бутылки, но беззлобно — расценили мое воровство как шутку. Я помахал бутылкой, не останавливаясь. Дальше стало совсем просто. С кем-то поздоровался, кому-то поулыбался, шел медленно, стараясь не нагружать ногу. Ускорился лишь после того, как заметил полицейскую машину, подъехавшую к дому. Из нее выбрались двое следователей и пошли опрашивать свидетелей, а я вдоль забора дошагал до калитки.

Сложнее было выбраться с территории поселка. У КПП стояла полиция, а потом подъехал знакомый черный фургон, из которого вышел Итон. Я сидел в кустах неподалеку, смотрел и ждал.

Итон пообщался с полицейскими, предъявив им какое-то удостоверение, и те что-то долго ему рассказывали. Потом он скрылся в здании и вышел только минут через двадцать.

Я замерз, хотелось есть, а еще лучше — принять несколько порций обезболивающего и лечь спать в мягкой постели. Но я не двигался с места. Грыз веточки и ждал, пока все разъедутся и сменится охрана. Понятно, что если дали инструкцию на задержание Алисы, то ее передадут сменщикам. Но все же раннее утро, авось успею проскочить.

На дороге раздалась музыка, подъехало сразу несколько машин с соседскими тусовщиками. Настроение у них было пьяное, но бодрое. Может, собирались на афтепати. Навстречу им вышли сразу три охранника и стали придирчиво сверять списки и документы. Заставили выйти из машин на свет, а под днище сунули зеркальце на палке.

Такого шанса я упустить не мог. Вскочил, споткнулся на негнущихся ногах и, пригибаясь, побрел к КПП. Перед входом выпрямился, растрепал волосы и как ни в чем не бывало, сделав морду кирпичом, вошел внутрь. Зал с решетчатым турникетом был пуст — здесь не требовались люди, чтобы лично открывать дверку, поскольку имелся биометрический сканер и цифровые пропуска для жильцов. Но были видеокамеры, и точно был еще охранник где-то в глубине, следящий за мониторами.

— Че такую очередь там собрали? — Я попытался изобразить нагло-пьяный говор, глядя прямо в камеру. — Че зыришь? Глаза напузыришь, ха!