ритуал полного поглощения и опустошения артефакта. Эффект —абсолютный иммунитет к побочным воздействиям приона, увеличение статистических показателей силы, выносливости и ловкости и уровня игрового персонажа в Х раз, где Х для каждого параметра находится в диапазоне от 2 до 12 в зависимости от количества поддержки духов-хранителей во время ритуала опустошения Слезы. Эффект может быть разделен в случайном соотношении на всех участников ритуала, но не более чем на 12 персонажей.

Прочность: 9 998 из 10 000.

Не может быть привязана к персонажу, может быть украдена из личных вещей или кладовой персонажа'.

Вот последнее грустно, а в остальном чит и имба. Страшно представить, как раскачается Уокер со своим пятьсот плюс уровнем, если ему хотя бы в два раза параметры увеличить. А если в двенадцать?

Я попытался вспомнить, какие статы приписывали божественным сущностям, потом прикинул, сколько добавят мне, если опустошить Слезу на текущем уровне, а сколько чуть попозже, и решил не спешить. Чем сильнее предварительно прокачаюсь, тем больше получу. Пока так поиграем, плюшки от артефакта все равно — просто праздник какой-то!

Я снова посмотрел на Слезу. Выгравированный глаз моргнул, и из него вытекла прозрачная капелька, напоминавшая слезинку. Я заметался, пытаясь понять, как достать пробирку — в левой руке артефакт, а правая выглядит как коряга, да и ощущается так же. И, ничего умнее не придумав, просто вывернул поврежденную руку и подставил ладонь в тот самый момент, как капля сорвалась с шара.

Как будто острой сосулькой кольнуло. Все пальцы и рука до локтя на мгновение покрылись инеем, который тут же начал превращаться в тонкую голубую корочку, а потом растрескался и вместе с черной пылью осыпался на землю. А кисть и предплечье вернулись в свой первоначальный загорелый вид, даже грязь из-под ногтей пропала.

Офигеть, дайте две, как говорили у нас в Таламусе. Еще там в таких случаях говорили что-то в духе: «Эта штука посильнее, чем „Фауст“ Гете», но смысла в этом я так и не нашел, хотя говорили с умным видом. Так что очень захотелось две, три, а то и четыре. Но, еще раз перечитав инструкцию к применению, я спрятал Слезу в инвентарь, чтобы выждать час.

Надо было решать, что делать дальше. От идеи отобрать у Уокера плавучий остров я не отказывался, наоборот, все больше склонялся к ней. Даже представил картинку, как вместе с Ксоко под покровом ночи, этакими благородными и смелыми пиратами, мы крадемся вдоль пристани, тихонько вырезаем часовых, непременно поднимаем черный флаг при свете полной луны и давим по газам (или чем там эта глыбина приводится в движение). А Уокер, не дожидаясь подкрепления, бросается на первой попавшей лодочке в погоню.