Я метнул прионовый клинок в первого, выстрелил в голову из «Хоукмуна» второму. Краем глаза проследил за росчерком стрелы, которую Ксоко отправила с крыши дома, и ушел телепортом за угол. Добро пожаловать в Патли, придурки!

Прилетел опыт за убийство одного игрока. Скорее всего, того, который получил и клинок от меня, и стрелу от Ксоко. Я тоже забрался на крышу, подполз к краю и аккуратно высунулся посмотреть, что происходит. Точняк — одно зеленое облачко. Второго чужака с окровавленной головой оттаскивали за ворота, и щуплый адепт уже колдовал над ним что-то лечебное.

Воины Декато — это, конечно, не организованная обученная армия, но если кто из кланов и подобрался близко к такой оценке, то это они. Ни суеты, ни мата — чуть пригнулись, разобрали сектора, прикрылись обломками ворот и потекли в два ручейка за мной и за Ксоко.

Пока считал, сколько их, высунулся слишком сильно и чуть не пропустил энергетическую нить, ударившую по крыше в десятке сантиметров от моей головы. Дернулся, скатился и в два прыжка телепорта оказался на первом этаже дома. Проявился прямо за спиной бойца Декато, уже поднимавшегося по лестнице.

Он среагировал моментально. Развернулся, замахиваясь двуручной секирой, но зацепился в узком проходе, застрял вполоборота. И все равно пытался ткнуть в меня острым древком. Я увернулся, поднырнул с неудобной для него стороны и, подпрыгнув на три ступеньки, ударил сдвоенным клинком в подбородок под край маски. Крит!

Воин только начал превращаться в облачко, как в меня тоже прилетел критический урон. Два адепта заскочили в дом и одновременно атаковали меня энергонитями: первая стукнула в затылок, но вместо того чтобы отрезать мне голову, обвилась, как удавка, вокруг шеи и начала душить. А вот вторая ужалила в ногу, срезала кусок мяса ниже колена, причем сразу же прижгла рану — и на том спасибо.

Перед глазами замелькали сообщения с повреждениями и наложенными эффектами, я захрипел, пытаясь активировать телепорт, но так это не работало.

«Зажмурься», — пронесся в голове шепот драйка. В окно влетел электрический шар, вспыхнул а-ля сверхновая и разлетелся на атомы вместе с головами адептов.

С выпученными от удушья глазами зажмуриться не получилось, и я, попав под дружественный огонь, ослеп и оглох одновременно. Рухнул с лестницы и пополз, не понимая, куда, лишь бы подальше от боли, заполонившей все вокруг.

Сквозь пелену перед глазами промелькнуло еще несколько вспышек, где-то в отдалении, с эффектом ватного эха. Послышался лай Ку-Кулька и чьи-то крики. Я наконец проморгался и, дрожащими руками проливая эликсир жизни, смог оглядеться. Стало понятно, что наша партизанская вылазка закончилась, не успев начаться.