В драке проблем не было, дух-защитник на голову превосходил воинов ордена. Проблемы начались, когда декатовцы стали боя избегать. Все-таки сказывался опыт профессиональных игроков, быстро сообразивших, что время работает против меня.

Адепты рассредоточились вокруг и нападали по очереди. Как только я бросался на одного, тот отступал, а остальные не только били в спину, но и цепляли задние лапы своими нитями и оттягивали меня назад. Урон от нитей проходил пониженный, порезать ягуара по частям они не могли, но все же проходил, вызывая боль, зуд и жжение.

Черныш взвыл от ярости, бессилия и четкого осознания, что такое загнанный зверь. Таймер превращения тикал, оставалось меньше пяти минут до окончания трансформации, а адепты действовали четко и хладнокровно. Жгучие удары энергонитями наносили мне все больший урон, несколько ребер хрустело, отдаваясь болью при каждом движении.

Ксоко попыталась выскочить из здания и помочь, но ее быстро загнали обратно — я лишь заметил отблески магических навыков заморозки и замедления.

Я попытался сделать последний рывок, бросился на ближайшего адепта, перезаряжавшего свой навык. Увернулся от нескольких нитей, полетевших в спину, свалил его, полоснул когтями открывшуюся шею — и уже прыгал дальше, но сразу несколько нитей закрутились вокруг туловища, сжимаясь и сдавливая треснувшие ребра.

« В Эфире! Получен критический урон. На вас наложен дебафф — перелом, скорость движения снижена на 30%, эффективность действия восстанавливающих зелий снижена на 25% до момента фиксации сломанных костей».

« В Эфире! Уровень содержания приона в крови достиг минимального значения. Вы истощены, в случае продолжения использования приона без подпитки внутреннего ресурса, будет активирован пассивный навык „бешенство“».

Говорят, что большинство битв проигрывается из-за неправильной оценки противника. Где-то недооценили, что-то не учли, как я, когда бросился в виде Черныша на толпу матерых профи. Но сейчас появился шанс поменяться местами — адепты расслабились, видя, что кошка хоть и большая, но все равно остается кошкой, которую они смогли просчитать и обыграть. Осмелели и подошли ближе. Стегать Черныша кнутами стали прицельней, замеряя проходящий урон и фиксируя слабые места.

Я же закопался мордой в тело последнего убитого, пытаясь спрятать кошачьи глаза. Вздрагивал от каждого удара, просчитывая в уме, что покинет меня раньше — здоровье или прион, и ждал активации бешенства.

Хотел приберечь его для Уокера, но тут уже не до жиру. Было страшно за спутников, пета и подлеченных местных, а еще немного обидно, что местный дух-защитник не приходит на помощь. Но, видать, он обиделся сильнее.