— Вот только попробуй хоть пол-литру продать, я тебе покажу по закону, — разъярился Миронов. — Думаешь, не знаю, к кому половина села за бухлом бегает?! Я по доброте душевной глаза закрывал, но ей-ей допрыгаешься, если выделываться станешь.

— Да понял я, уж не дурак, — тут же сдал назад Славка. — Я чисто так, разговор поддержать.

— Иди жену поддержи, — подключился к разговору Назаров. — Баба на сносях, а тебе лишь бы морду кому набить. И как она тебя только терпит. Иди давай отсюда. А вы, молодые люди, заходите. Спокойно поговорим. И это… можно трубу на место поставить? А то мы к ней хотели флагшток приварить.

— Да, конечно, — я постарался сделать как было, чувствуя, как начинает печь уши. — Так нормально?

— Сойдёт, — кивнул глава. — Чутка ещё бетона подольём, и как новый будет. Ну пойдёмте, да чаю вам налью. А то вы, поди, с утра в дороге, не завтракали ещё.

Отказываться мы не стали, хоть и перекусили перед дорогой, да и собой пирогов набрали. Но сейчас важнее было не пузо набить, а установить контакт с теми, кто, по сути, управляет жизнью в посёлке. И глава администрации, и участковый по определению люди, которые знают, кто чем дышит. И обладают самой полной информацией. Так что мы послушно сидели, глотая дешёвый чай из пакетиков и размачивая в нём каменные пряники, и рассказывали новости из, так сказать, большого мира.

— Так что у вас случилось? — решив, что уже достаточно времени потрачено на политесы, я вернулся к главному. — Кто зафиксировал повышенный паранормальный фон?

— Так инспектор бюро нефтяников, — махнул рукой куда-то в сторону Назаров. — Унас-то своего нет. Да и откуда? Посёлок маленький. Хорошо ещё, фельдшерский пункт вон не закрыли, но и то там одна Маринка работает.

— Согласно инструкции на месте тяжких преступлений положено проводить сканирование, — более подробно принялся рассказывать участковый, сидевший тут же с нами. — Поэтому, чтобы не ждать, мы обычно привлекаем дежурного от нефтяников. С ними договорённость есть, тем более что некоторые тут у нас живут. Вот когда Василия зарезали, то есть Седых Василия Мироновича, я им и позвонил. Инспектор приехал через три часа, помахал камнем на цепочке, как обычно, но в этот раз тот у него засветился. Ну, вот он и написал, мол, фон и всё такое.

— И часто вам приходится его вызывать? — заинтересовался я столь отработанным механизмом.

— Случается, — пожал плечами капитан. — А что вы хотели, работы у нас особой нет. Ладно кто к нефтяникам устроится или на лесозаготовки, а так люди живут ягодой да грибами. В сезон, понятное дело, даже дома не бывают, прямо в ряму ночуют, а зимой да по весне работы нет, вот и пьют горькую. А по пьяни чего только не бывает. То пырнут кого, то замёрзнет кто в сугробе, как Васька Михеев. А по протоколу каждый раз нужно инспектора бюро вызывать. От нас до райцентра не особо близко, да бывает, что и вовсе не проедешь, если дожди зарядят. Вот приходится выкручиваться. Но проблем не было, протоколы всегда принимали.