— Х-храмы Шалакхар всекхда идухт по спирали вкхлубь, — задыхаясь от быстрого бега прокашлял полуэльф. — Там кхлавный зал.

— Тогда вперёд! — я поудобнее перехватил молот и сбил с ног выскочившего из трещины в стене три-крина, а затем размозжил ему голову. — Меня бесят уже эти жуки!

— Судя по знакам, осталось немного, — пришёл в себя за короткую минуту отдыха Баримар. — Мы почти пришли, но…

— Тогда вперёд! — я перебил этого зануду, рванув в следующий тоннель и тут же размазав по стене очередного три-крина. — Грёбаные тараканы! Когда ж вы закончитесь?!

И буквально через пару минут получил ответ на свой вопрос. Пробив очередной заслон, на этот раз гораздо крепче обычного, где человекоподобные насекомые держались изо всех сил, мы влетели в громадный зал и замерли, поражённые открывшимся зрелищем. Всюду, куда только падал взгляд, пол и стены были усеяны яйцами, внутри которых копошились личинки. А посреди всего этого ужаса восседало гигантское насекомое, с огромным яйцекладом, вокруг которого суетились три-крины.

— Вашу ж мать! — других слов у меня не нашлось. — Какого ж ваша мать такая здоровая?!

— А я пытался сказать, — рядом буквально рухнул на колени полуэльф. — Мы припёрлись прямо в гнездо.

— Зато нашли, что искали, — махнул рукой Шаумир. — Гляди! Возле дальней стены!

Я повернулся туда, куда указывал вор, и замер. В полутьме было нелегко разглядеть что-то, но стоило присмотреться, как из теней соткалась величественная статуя полуженщины-полузмеи, поднимающаяся к самому потолку. Она словно с насмешкой взирала на копошащихся у её хвоста смертных, и в её глазах таилась сама смерть.

— Великая мать-змея Шалашар, — благоговейно протянул алхимик. — Всё как было описано… Она действительно существует!

— То есть ты даже не был уверен?! — мне хотелось треснуть безумного книжника, но я сдержался, точнее, был занят убийством три-кринов и не мог отвлечься. — Мы поговорим об этом, когда выберемся.

— Каким образом?! — наконец взорвалась Фетха, ловко раскидывающая насекомых. — Мы в самой жопе, в гнезде тварей, желающих нас сожрать, рядом их мать, мать её, а ты говоришь, выберемся?

— Ну… у меня есть зелье левитации… — протянул алхимик, и мы дружно посмотрели наверх. Там высоко, высоко, словно в громадном колодце плыли звёзды. — Главный зал Шалашар всегда имел центральный ход. Считалось, что великая мать-змея…

— Просто заткнись, — оборвал я очередную лекцию и повернулся к вору: — Шаумир, сделаешь? Я их отвлеку.

— Легко, — хмыкнул тот. — На этих тварей не действует мой скрыт, но если наведёшь шороху, то без проблем.