Слов в песне не было, но я и так понимал, о чём она. Можно было подумать, что исполнительница научилась передавать информацию картинками прямо в мозг, хотя я бы сказал, что в душу. Недаром даже зверобог очнулся, но не принялся рваться, как обычно, а затих, слегка пульсируя в такт мелодии. И всё же, несмотря на всё волшебство, я чётко соображал, где нахожусь и что делаю. И смог заметить, когда туман начал редеть.

Дымка становилась всё прозрачнее и прозрачней, далеко на небе показались звёзды. И всё равно я с трудом уловил момент, когда всё исчезло и я оказался на поляне, посреди которой росло высокое дерево. Песня доносилась с его ветвей, но вместо девушки я увидел там птицу. Большую птицу, с красочным оперением и человеческой головой, с закрытыми глазами выводящую потрясающую мелодию. Да, по ту сторону тумана меня встречала птица Сирин, одна из четырёх небесных птиц славянского пантеона. Только вот почему-то я не потерял голову от её пения, как говорилось в легендах. А раз так, решил не спешить нападать, а просто послушать. Тем более что пела она поистине прекрасно.

Однако время шло, а Сирин не умолкала. Да, мне очень нравилось её пение, но я сомневался, что именно эта птица причина происходящего, да и беглеца рядом не наблюдалось, значит, мне нужно было двигаться дальше. Но для начала стоило кое-что уточнить.

— Кхм-кхм, гражданочка Сирин, пройдёмте! — я постучал рукоятью Смешера по стволу, отчего дерево затряслось, а птица чуть не упала с ветки, вынужденная взлететь. — Упс… неудобно получилось.

— Да как смеешь ты!!! — на меня уставилось разъярённое девичье лицо, на котором тут же проступило удивление. — С-смертный?! Но почему ты… а… понятно. Чемпион и убийца богов. Что делаешь ты в чертогах Ирия?

— Да вот узнать хочу, кто повадился к нам на Землю без спроса шастать, — я не удивился, что Сирин узнала, кто я такой. — Да и потеряшка у вас где-то бегает. Не видела? Шуплый такой, бичеватого вида. Ну, оборванец, босяк по-вашему.

— Не видала, — покачала головой птица, а затем перелетела на ветку пониже. — А не хочешь ли ты послушать, как я пою?

— Голос у тебя, конечно, шикарный, — я уважительно кивнул. — Но на меня не действует. Я тут уже минут двадцать сижу и нифига. Так что извини.

— Правда красивый голос? — казалось, что Сирин услышала только половину моей фразы. — Не врёшь?

— Провалиться мне на этом месте, — я топнул ногой, немного опасаясь, правда, за результат. — Тебя бы к нам на эстраду, вместо всех этих «Поющих трусов».

— А возьми меня, добрый молодец, с собой, — тон у птицы стал мягким, убаюкивающим. — Буду я тебе…