Вон с каким аппетитом лопает. Надо было тоже такой заказать. Не обеднел бы, зато восстановил потраченные калории.

А потом к столику «мажора» подошла Любава Шумилова. Сердце Косматова сделало неприятный кульбит. Он видел, как она села напротив, как кокетливо улыбалась, как подалась вперед, демонстрируя… всё, что только можно было продемонстрировать.

А Ярославский… он вел себя так, будто ему скучно! Будто самая завидная невеста Академии — лишь назойливая муха. Какая наглость!

Косматов видел, как Любава, сгорая от уязвленной гордости, вернулась к своему столику, где её уже ждал побледневший Глеб Долгополый. Та ещё парочка — петух и гагарочка. Сидят себе и воркуют…

Но вот вдруг лицо Ярославского вдруг изменилось. Он ответил на телефонный звонок, и вся его аристократическая расслабленность испарилась. Бросив на стол деньги, он буквально выбежал из ресторана.

Это был шанс! Косматов выскочил следом, успев увидеть, как рубиновые стоп-сигналы «Лады» исчезают в потоке машин. Погоня продолжилась.

Они летели через всю Москву, и Косматов едва поспевал за агрессивной манерой езды Ярославского, отчаянно матерясь и выжимая из своей «Чайки» всё, на что она была способна. Наконец, он влетел в унылую промзону Балашихи.

«Лада» резко затормозила у оцепленной территории каких-то складов. Оцепленной! Черные броневики с гербом Ярославских, суровые бойцы… Что, черт возьми, здесь происходит?

Косматов заглушил мотор в темном переулке и стал ждать. Прошел час. Ничего. Ярославский словно растворился внутри этой промзоны. Любопытство, смешанное с жаждой реванша, пересилило осторожность.

Он должен был увидеть! Увидеть, какими грязными делишками занимается род Ярославских под покровом ночи. Он обошел оцепление по дуге, нашел слепое пятно между патрулями, и легко перемахнул через бетонный забор.

Но, следивший за Ярославским не подозревал, что за ним самим следили!

Всё это время, оставаясь в тени, за ним неотступно следовала тонкая, гибкая фигурка в темной толстовке с капюшоном. Мизуки Сато. Она заметила хвост за машиной Елисея еще на выезде из Академии. Её мотоцикл последовал за Косматовым на приличном расстоянии.

Пришлось ещё дожидаться, пока он выйдет из ресторана!

Она не знала, что задумал Косматов, но его одержимый, нездоровый взгляд не сулил ничего хорошего. И когда она увидела, как он перелезает через забор, то поняла: этот парень задумал какую-то пакость. Инстинкт, отточенный годами тренировок в клане ниндзя, подсказывал — не вмешивайся, но будь рядом!

Косматов, крадучись, двинулся к самому дальнему, самому заброшенному на вид складу из ржавого профлиста. Ни охраны, ни света в окнах. Странно. Дверь, ведущая в подвал, была чуть приоткрыта. Из темноты тянуло сыростью и… чем-то сладковатым. Приторным, как запах гниющих фруктов.