ментального воздействия. Внушение прямо сейчас невозможно. Для дестабилизации устройств мне нужно время». «Да за что меня арестовывать?» — изумленно спросила я ушастика. «Поддельный паспорт», — мгновенно ответил тот. — Лаптева, так ты не сдохла? — вдруг раздался удивленный, но такой знакомый голос. Нормальный ход. Они считают, что умерла? Или это такие специфические фантазии у сынка Силантьева? На кой ляд я вообще сюда приперлась? О чем только думала? Мысленно костеря себя, я собрала волю в кулак. Остановившись перед студентами, осмотрела высоченного коротко стриженного юношу с ног до головы. — Это вы мне? — сухо поинтересовалась. — Тебе, Лаптева, тебе. Со слухом проблемы? — Силантьев гнусно ухмыльнулся. — Только на один сапог денег хватило? Совсем обнищала? На паперти плохо подают? Треснуть бы тебе этим сапогом по наглой харе! Я угрожающе прищурилась. — Пропустите, — грозно приказал какой-то мужчина. А через мгновение я увидела толстопузого служителя Фемиды. Оба-на, старый знакомый. Откуда он здесь взялся? Про поддельный паспорт и то, что мы уже виделись, удачно позабыл. Сам бы не вспомнил. От начальства нагоняй получил? Как же это некстати. Толстяк напряженно всматривался мне в лицо. Явно опознав по фотографии, с трудом скрыл торжествующую улыбку. Раздувшись от собственной важности, представился: — Провинциальный советник, мещанин Савелий Павлович Житников. Вы — изгой Александра Лаптева? Я невозмутимо ответила: — Нет. Физиономия полицейского вытянулась. Такого ответа он, очевидно, не ожидал. К чести мундира, жирдяй быстро сориентировался: — Неужели поняли, что попались? Готовы добровольно назвать ваше настоящее имя? — поинтересовался с ехидцей. Не готова, но иного варианта не вижу. — Стиль вашего общения, господин провинциальный советник, оставляет желать лучшего, — отбрила «колобка» ледяным тоном. — Меня зовут Александра Петровна Апраксина. Я — глава боярского рода Апраксиных, — с нарочитой небрежностью подняла правую руку, продемонстрировала перстень. Мещанин Житников резко побледнел. — Да врет она! — уверенно заявил молодой Силантьев. Стремительно приблизившись, мускулистый парень крепко схватил меня за ладонь, попытался стянуть кольцо. Вспышка и болезненный вскрик наглеца слились воедино. — Мерзкая ведьма, — с ненавистью просипел Силантьев. Шипя от боли, он приплясывал и нянчил пострадавшую конечность. — Еще вопросы ко мне есть? — спросила я у провинциального советника. Тот быстро облизнул губы, кивнул. — Согласно установленной процедуре, я должен взять