управляющий ушёл, прихватив с собой так и не понадобившуюся папку. Шумно выдохнув, я помассировала виски. — Вы приняли правильное решение. Лицин вас не подведёт. Вы его шанс получить уважение общества. Сейчас он ничуть не лучше изгоя, — спокойно произнёс Кони. — Почему? — Ваш управляющий — незаконнорождённый сын дворянки. От страшной догадки внутри всё оборвалось. Выходит и моему малышу грозит стать кем-то типа изгоя⁈ То ли от избытка эмоций, то ли от густого запаха роз замутило. Желая открыть окно, я встала из кресла. Споткнувшись о сапог, стоящий у ножки стола, пошатнулась. Анатолий Фёдорович мгновенно оказался рядом. — Александра, вам нехорошо? — спросил он встревоженно, придержав меня за локоть. — Есть немного. Не успела позавтракать, — призналась я неохотно. — Еще цветы эти, — скривилась, от подкатившей тошноты. Аристократ озадаченно нахмурился. — Вам срочно надо поесть, — строго сказал и уверенно повел меня прочь из собственного кабинета. * * * Кони готовил навороченный омлет. На моей кухне и лично для меня. Тихонько радуясь, что больше не мутит, я восседала за столом. Наблюдая за умелыми действиями мужчины, слушала его рассказ о поимке злодеев, вымогающих деньги у Маргариты Ткачук, и пыталась понять, что движет Анатолием Фёдоровичем. В жизни не поверю, что опытный московский адвокат решил почистить карму и поэтому возится с Маргаритой. Скорее всего он разруливает проблемы Ткачук, желая побыстрее закрыть вакансию в санатории. В принципе в этом нет ничего экстраординарного. Появилась возможность нанять не абы кого, но квалифицированного сотрудника. Почему бы и не оказать содействие в решении проблем ценного кадра? Для Кони — это несложно, да и идею с новым бизнесом подкинул именно он. Так что тут всё логично. Но вот то, как Анатолий Фёдорович обо мне заботиться, не лезет ни в какие ворота! Зачем так старается понравиться? Сегодня прямо из кожи вон лезет! Вопрос: в чем причина? На ум приходит только одно: и этому аристократу понадобилась в «личное пользование» серебряная ведьма. Возможно, я излишне подозрительна, но иного мотива не вижу. Дворянин поставил предо мной тарелку с высоким, пышным омлетом, обаятельно улыбнулся. Какие бы там цели юрист ни преследовал, но приготовленное им блюдо и выглядело, и пахло восхитительно. — Спасибо, Анатолий Фёдорович, — поблагодарила я вежливо. — Цветы для боярышни Апраксиной! — громкий мужской голос резанул по ушам. Да сколько можно⁈ Какое-то нашествие цветоводов-любителей. Поесть спокойно не дадут. Я обречённо вздохнула,