— Н-да, Семеныч, ну ты даешь, конечно, — восторженно кричал тренер сборной. — Таких орлов воспитываешь — даже мы в лучшие годы не всегда такое умели!

— Зато они теперь умеют, — парировал Григорий Семенович. — Уж Мишка так точно. И это только начало, попомни мое слово, дальше будет еще лучше!

Как бы приятно мне ни было слушать тренерские восторги в свой адрес, всем нам пришлось снова переключить внимание на ринг — следующим боксером, выступающим от Советского Союза, был Сеня. Ему тоже нужно было сказать несколько напутственных слов, и оба тренера отошли к Сене. В этот момент я почувствовал, как кто-то трогает меня за плечо. Обернувшись, я увидел одного из американских наставников, приехавших на встречу.

— Мильон дёлларёв, — с заметным акцентом произнес он.

— Простите, не понял? — недоуменно переспросил я.

— Я плачу тебе миллион долларов, если ты приедешь к нам в США и проведешь бой среди профессионалов, — негромко, но максимально отчетливо произнес американец.

«Вот это ни хрена себе дожили!», — подумал я про себя. «Уже получаю не просто международные коммерческие предложения, но и возможность сразу перейти в разряд профессионалов!».

Предложение и вправду было невероятно заманчивым. Честно говоря, если бы дело происходило где-нибудь в двухтысячных, я бы не раздумывал ни секунды: такие возможности выпадают раз в жизни, и то далеко не всем.

Но… на дворе стояли гораздо более суровые семидесятые, и в это время спортсмена, моментально навострившего лыжи на запад, вполне могли признать кем-то вроде изменника родины и лишить гражданства со всеми вытекающими последствиями. А конфликтовать с государством в мои планы никак не входило, тем более что и покидать свою страну насовсем мне вовсе не хотелось.

— Мне очень приятно ваше предложение, — с достоинством произнес я. — Но, к сожалению, я вынужден отказаться.

— Мда? — хмыкнул американец, — А почему?

— Потому что… — я задумался, подбирая максимально осторожную и в то же время доходчивую формулировку. — Потому что в первую очередь меня интересует, какую пользу я могу принести моей стране, и я хочу выступать официально, от имени СССР!

— Ну, тебе решать, в любом случае, — ухмыльнулся американец и, разворачиваясь, чтобы уйти, бросил мне напоследок: — Подумай, парень! Только очень хорошо подумай!

«А чего тут еще думать», — пронеслось у меня в голове. «Бывают предложения идеальные, но, как говорится, не к месту и не ко времени…»

Тем временем бой на ринге уже начался. Сеня принял предложение американцев биться на встречных ударах и закатил такую мощную рубку, что в какой-то момент я удивился, как он сам-то умудряется держаться на ногах.