— Да, вот это действительно вещь! — проговорил его товарищ, примеряя на себя заграничную футболку. — А какая яркая! Ух, мне бы такую купить — я бы ее носил, не снимая!

— Ну, может, когда-нибудь и купишь, — загадочно произнес Славик.

— Да где, — грустно протянул боксер. — Это вам повезло, вы готовились, наверное. А у меня сейчас и денег-то хватит разве что на обед.

— Так, может быть, кто-нибудь в Союзе будет продавать, — Славик продолжал «разогревать клиента».

— Разве что в следующий раз, — мечтательно прикрыл глаза боксер. — Я надеюсь, все-таки мы не в последний раз участвуем в международных соревнованиях за границей. Вот надо будет и подготовиться к следующему разу. Расскажешь, где и как искать такие вещи? — с надеждой спросил он у Славика.

— Так, может, я тебе даже и помогу, — с хитрым прищуром посмотрел на него Калганов. — Вообще, не отчаивайся. Кто его знает, как жизнь может повернуться. Ничего невозможного нет!

«Понабрался у Дениса предпринимательских замашек», — усмехнулся я про себя. «Прогрев аудитории, упоминания как бы невзначай, потом вернемся домой, через недельку-другую подкатит — мол, хочешь прикупить то, что тебе понравилось? И цену втрое больше выставит. А разговоров-то было — неужели мы станем фарцовщиками…»

— Что, Михаил, жалеешь небось? — заговорщицки подмигнул мне Тамерлан, приняв мои размышления за сожаления. — Все с обновками, а ты в какие-то свои придумки уперся. Теперь стоишь и завидуешь, да?

— Чему мне завидовать? — пожал я плечами. — Вещи хорошие, никто не спорит. Но везти все это вместе с валютой в Союз — рискованно, вот и все.

— А то смотри, — ухмыльнулся Тамерлан. — Еще не поздно, можешь добежать до Дениса и тоже себе что-нибудь взять.

— Не, — улыбнулся я в ответ. — Я как-нибудь потом.

— Ну как знаешь, — ответил казах. — Дело-то хозяйское. Только потом не обижайся, если все девчонки к нам уйдут, а тебе ничего не достанется!

— Не обижусь, — пообещал я.

Не буду же я ему на полном серьезе рассказывать, что через десяток лет таким шмотьем будут забиты все рынки и магазины. А девки, которые любят за заграничные шмотки, при первой же возможности сбегут к тем, у кого их больше…

— Эй, ребята! — раздался голос боксера, стоявшего на стреме у двери. — Атас! Семеныч сюда бежит!

— Какой еще Семеныч? — не понял Тамерлан.

— Это наш тренер, — вмешался я. — Быстро все шмотки по сумкам!

Вот еще новости. По расписанию у нас сейчас никаких общих сборов быть не должно. Если Семеныч бежит, да еще без предупреждения — значит, случилось что-то экстраординарное. Только вот что?