— Я вам всем сейчас рожи ваши наглые разобью! — почти закричал Тамерлан, на секунду забыв о том, где и зачем он находится.

— Подожди еще, Тамерлан, — проговорил я, — Ну не здесь же, в самом деле! На открытии и перед телекамерами!

— А чего ждать-то, — послышался сзади голос Славика. — Этих козлов надо жизни учить сразу, иначе потом распоясаются! Они как раз и пользуются тем, что думают, будто мы не решимся ничего им сделать!

— И научим, — согласился я. — Обязательно научим! Но не здесь и не сейчас, иначе мы все скопом опять в полицейский участок отправимся. Только вот на этот раз с полицейскими договориться уже не получится. Поэтому давайте лучше побережем свои силы и отложим все эти разбирательства.

— Ага, а потом мы уедем, и, может, больше никогда этих уродов и не встретим, — проворчал Сеня.

— Ну, не настолько отложим, — пояснил я. — Эй, пацаны, кто там поближе, передайте этим недомеркам, чтобы приходили вечером в зал! Там все и выясним.

— Эй, чего вы там вякаете? — выкрикнули англичане, услышав наше приглашение. — Если вы такие смелые, глядите сами не побойтесь туда заявиться! А то мы к вам прямо в комнаты придем, и окажется, что завтра и выступать от Советского Союза будет некому, гы-гы!

Я не случайно упомянул про зал и именно вечером. Никаких вечерних тренировок на сегодня объявлено не было. Как не было и поединков с англичанами в первом круге — турнирную сетку объявили здесь же, во время церемонии открытия. При этом уже было понятно, что именно англичане станут нашими главными врагами на этом чемпионате, и именно с ними нам предстоят самые серьезные и жестокие стычки. А значит, накопленный за первые дни пар требовал немедленного выпуска. Конечно, лучше было бы выпустить его непосредственно на ринге, но я опасался, что еще до первого дня соревнований наши парни учудят что-нибудь такое, что потом придется очень долго расхлебывать. Поэтому я решил подойти к Григорию Семеновичу с просьбой провести тренировку для тех динамовцев, которые приехали вместе с нами в качестве наблюдателей.

— Тренировку, говоришь? — Григорий Семенович задумался. — А ты сам-то свои силы не растратишь? Они-то ведь все сюда зрителями приехали, а тебе вообще-то уже завтра выступать!

— Так я же не буду тренироваться вместе с ними на полную катушку, — парировал я. — Я буду просто руководить. А то чего пацаны просто так здесь, без дела ошиваются! Так ведь недолго и форму потерять!

— Да, ты прав, — Григорий Семенович еще немного подумал и наконец сказал: — Ладно, добро!

Конечно, я немного слукавил. Тренировка была лишь легальным поводом собраться в зале и не вызвать никаких вопросов у тренерского состава и прочих работников чемпионата. Не знаю, догадывался ли о чем-нибудь подобном Григорий Семенович, а вот наши пацаны прекрасно все понимали, и о своих, скажем так, планах на вечер между собой говорили открыто.