Стоять и собирать шишки под деревом, которое трясут — опасная работёнка. Мы только начали работу, а меня уже чуть огромная, кедровая ветка не пришибла. По словам Семёна, не один сезон сбора шишки без травм не обходится, то кто-то свалится с дерева, то на кого-то упадет ветка или шишками достанется. Нужно было каску от мотоцикла взять, в следующий раз буду умнее.

В воздухе стоит пряный запах смолы. Стоит сухая, безветренная погода. Я пьянею от этого воздуха без всякого вина. Всё же это огромный кайф, который доступен и понятен не каждому.

Мне понравилось собирать шишку, не понравилось её обрабатывать. Шелушение вручную — работа долгая и тяжёлая. А обрабатывать хотелось бы прямо на месте сбора, не тащить же несколько десятков километров домой мешки шишек — как минимум это крайне нерационально.

Обрабатываем шишки прямо в тайге — на самодельной «мельнице», представляющей собой деревянный короб с валиками. Но выбить орехи это ещё пол дела. Их нужно ещё и просеять, освобождая от мусора. В общем, из пяти — шести больших мешков шишек обычно получается один маленький мешочек орехов.

— Бляха-муха, как только вы этим целыми днями занимаетесь — с трудом разгибая спину, после целого дня ползания на карачках, жалуюсь я Семёну.

— Ну так, это тебе не в железяках ковыряться, тут привычка нужна.

— Ты как хочешь, а я раком стоять привыкать не желаю. Завтра поменяемся, попробую я на кедрах полазить.

— Ну-ну. Посмотрим — усмехается Семён.

На следующий год нужно что-то придумать, чтобы механизировать процесс. Ту же шелушилку можно сделать, да и кедротряс я думаю изобрести проблемой не будет. Берём мотор от мотоцикла, делаем что-то вроде вибростенда, приставляем к стволу, всё вибрирует, и шишка падает. Как-то так. Вот блин, даже на природе о машинах думаю. Инженер хренов.

А прав Семён, страшно на кедр лезть, высота с пятиэтажку, не меньше, и всё без страховки. Потом ещё надо шестом орудовать. Страшно блин. Нафига я с Сёмой насчет лазания зарубился? Сейчас бы спокойно под деревом от шишек уворачивался, да собирал их в мешок.

Потихоньку процесс, у нас наладился. Сейчас мы чередуем занятия, то я на дереве, а Семён под ним, то наоборот. Работаем до обеда, после обеда обрабатываем урожай.

Примерно на пятый день нашего непростого промысла, когда я опять на карачках ползал под деревом, Семён, поднявшийся было на очередной кедр, быстро спустился вниз, жестом показывая мне, что нужно соблюдать тишину.

— Там это, короче… — замялся Семён.

— Да чего случилось то? Медведя увидел?

— Нет. Там мужики какие то, неподалёку лагерем стали.