— Вполне, — согласился Дойл. — Я незамедлительно займусь вашим делом, но результат, как вы понимаете, не воспоследует немедленно, так что навестите меня через пару дней.

— Так и сделаю.

— А если я найду что-то интересное, то я сам вас навещу, — сказал Дойл. — Где вы остановились?

— В "Вестпорт отеле".

— Спокойное место, — заметил Дойл.

— Пока да.

* * *

Гарри попытался пройти на территорию храма, но дорогу ему преградил привратник. Гарри отметил, что только он удостоился такой чести, остальные люди проходили мимо и никто не чинил им препятствий.

Очевидно, он все-таки чем-то выделялся из толпы.

— Веруете ли вы? — спросил привратник.

— Чтобы упростить ситуацию, будем считать, что да, — сказал Гарри.

— Для чего вы хотите пройти?

— А почему вы спрашиваете? И почему вы спрашиваете только у меня?

Привратник немного смутился.

— Просто вы… непохожи на обычных почитателей Всеотца, — сказал он. — Так все же, вы хотите просто помолиться?

— Нет, — сказал Гарри. — Мне бы к целителю.

— Прямо по дорожке и за главным зданием направо, — сказал привратник. — Там увидите очередь.

— Длинная очередь?

— Сегодня не очень.

Очередь действительно оказалась не слишком длинной, всего-то семь человек, и прием шел довольно быстро. Поскольку Гарри никуда не спешил, он пристроился в хвост очереди, заняв место за благовидной старушкой, с которой он бы не хотел встретиться где-нибудь посреди глухого леса, закурил сигарету и принялся ждать. То ли своей очереди, то ли того, что кто-нибудь сделает ему замечание.

Но очередь подошла раньше, чем поборники здорового образа жизни.

Гарри вошел в небольшую келью, освещенную лампадами и ароматическими свечами.

Целитель — толстый, лысый доброжелательный мужик в рясе — жестом предложил ему сесть на стоящий посреди помещения стул, сам встал за спиной Гарри, что немного напрягало, и провел руками у него над головой.

— Ты здоров, сын мой, — молвил он. — Так что же привело тебя ко мне?

— Предположим, что моя мятущаяся душа, — сказал Гарри.

— Возможно, с этим тебе лучше обратиться к исповеднику, — сказал монах.

— Боюсь перегрузить его оперативную память, — сказал Гарри. — Знаете, несмотря на то, что я кажусь здоровым, со мной что-то не в порядке, и я хотел бы попросить вас о более пристальном осмотре. Если для этого требуется сделать какое-то подношение или что-то вроде того, только скажите…

— Не нужно, сын мой, — сказал монах.

Он вздохнул, достал из глубокого кармана рясы длинную курительную трубку, разжег ее, мощно затянулся, выдохнул на Гарри дымом и принялся всматриваться в его клубы, стремительно бледнея.