Поэтому и злости на патриарха в действительно было немного. Может он пытался получить побольше политических очков обсуждая крайне острую для всех тему, но говорил по существу, без прикрас и правду. В такие времена подобное невероятная редкость.

Я откинул голову назад и упёрся взгляд в потолок.

Система забрала у меня Машу. И теперь я собираюсь воспользоваться её возможностями, «тайными тропками» и слабостями, чтобы отомстить. Наверное, я должен ощущать какую-то брезгливость или неправильность такого подхода. Но этого не было. Мне ведь действительно было плевать на то, какие методы придётся использовать для достижения поставленной задачи. Буду бить в спину, использовать всевозможные бесчестные приёмы, выходить за рамки доступного и прочее.

Я ведь не герой, не спаситель, а просто человек, который желает отомстить. Ни в одиночку, ни даже с помощью настоящего бога систему не победить, людей тоже не изменишь. Остаётся только пытаться достигать своих целей. Или сдаться и смириться, что ты ни на что не способен. Последнее не для меня, а поэтому будем пробиваться и биться до конца пока у меня есть силы и желание этим заниматься.

Расслабиться не получилось, в голове была масса дурных мыслей. В этой ситуации мне на ум пришла лишь одна дельная мысль — пойти спать. Как известно утро вечера мудренее, а сон смоет большую часть негатива, накопленного за день. Зорван всё ещё молчит, видимо сложно ему создать алтарь с малым запас сил. А я от него ещё каких-то чудес требовал в короткий срок, теперь даже немного стыдно за это.

Приняв решение, поднялся на второй этаж, разделся и упал в кровать. Сон правда пока не шёл. Последние дни только и делаю, что отсыпаюсь и почти не напрягаюсь хотя бы физически. Сегодня ещё и решил спать лечь пораньше.

— Не спится? — Услышал я металлический голос Зорвана со стороны тумбочки.

— В точку, — ответил я. — Ты уже закончил с алтарём?

— Практически. С моей стороны проведена сложная работа, теперь ещё пару часов надо подождать, пока моя сила уляжется в камне и создастся нить связи между ним и мною. Всё немного затянулось, я чуть-чуть не рассчитал свои силы. Мне всё ещё непривычно и сложно оперировать лишь какими-то жалкими каплями своей было мощи. Это раздражает.

— И бесит, да? — Улыбнулся я. — Прекрасно тебя понимаю. Хочется, чтобы тебя ничего на сдерживало, действовать без оглядки на кого-либо или чего-либо… Мне сейчас очень хочется сделать множество вещей, однако голос разума и текущие обстоятельства сдерживают меня. Вопрос лишь в том, когда вся моя выдержка кончится.