— Так оставайся.
— Шутишь? — усмехнулся он. — Да тебя без меня в первый же день грохнут.
— Я серьёзно. — Я уставился на друга немигающим взглядом. — За Полинкой присмотришь.
— Да иди ты в жопу, понял? — состроил обиженную рожу Стэп. — Я, по-твоему, кто? А если ещё раз такое предложишь, я тебя лично пристрелю. И пули будут серебряные, чтоб тебя, мудака, не откачали.
— Ладно, не ори ты, — усмехнулся я. — Разберёмся. Пошли к Макару, у него сегодня игра.
— Давай только через каюту пройдём, я там пару пузырей коньяка марочного намутил.
— Вот это дело, — ощерился я. — Вот это я понимаю, деловой подход.
Глава 11 Беседы
— Ко мне давай тоже заскочим, я Полину предупрежу, — попросил я Стэпа, когда тот вывалился из каюты с двумя литровыми бутылками коньяка.
Даже не представляю, где и каким образом он умудрился его достать, тем более здесь, посреди моря. Но на хороший алкоголь у него нюх. В последнее время цена за бутылку более-менее приличного пойла могла легко перекрыть стоимость чёрного сердца. Нет, бухла в крепостях хватало, но его качество и вкус оставляли желать лучшего. Сильно повезёт, если после такого наутро проснёшься только с головной болью.
Но чаще последствия были гораздо жёстче. Впрочем, чего ещё ждать от самогона, брагу для которого настаивали на всём подряд. Ведь сахара тоже днём с огнём не найти. И если летние сорта гнались из ягод, а осенние производились из яблок, то зимой и весной к крепкому алкоголю лучше было не притрагиваться. По этому вот такой заводской выдержанный коньяк ценился и продавался за баснословные числа.
— Как-то быстро ты подкаблучником стал, — отпустил шутку Стэп. — Чё, всё уже, яйца выкручивает?
— Знаешь, я иногда задумываюсь, почему до сих пор не пристрелил тебя где-нибудь под шумок? — хмыкнул я. — Но рано или поздно ты точно договоришься.
— Ты же без меня по миру пойдёшь. С деньгами ведь вообще дружить не умеешь.
— А потому что туда их с собой всё равно не заберёшь. Деньги — это всего лишь средство, инструмент, а не смысл жизни.
— Вот об этом я и говорю.
— Здесь подожди, — буркнул я и вошёл в свою каюту.
Нас поселили на одной палубе, но в разных концах. Стэпа ближе к носу, а меня — у кормы. Уж не знаю, чем руководствовалось начальство, ведь весь уровень был практически пустой. В том смысле, что свободных номеров по соседству имелось с запасом. Хотя, может, я чего-то не знаю, и люди, которые в них прописаны, сейчас где-то на заданиях, жизнью рискуют.
— Привет, — улыбнулась Полина, встречая меня в уже привычной позе: в кровати, с книгой в руках. — Ты сегодня рано.