— Стэп, мочи дверь! — взревел я и метнулся к ножу.

Из коридора донёсся грохот, будто что-то уронили. И я подозревал, что это полетел стул, с которого сорвался один из бойцов. Время шло на доли секунды. Я изо всех сил рванулся к ножу и едва не вывихнул себе плечо, когда приземлился на руку. Но боль лишь придавала злости и энергии. Шаря пальцами по полу, я извивался всем телом, пытаясь схватиться за рукоятку. Да хоть бы и за само лезвие, насрать!

Сокрушительный удар обрушился на дверь. Но как я и предполагал, с первого раза она не открылась. Топот был уже совсем близко. Ещё мгновение — и ко мне в камеру ворвётся вооружённая охрана. Им даже стрелять не придётся, я и так нахожусь в беспомощном положении. Да меня просто ногами до полусмерти забьют.

Очередной гулкий удар, сопровождаемый треском, и створка с грохотом прилетела в противоположную стену коридора. Видимо, удача всё же была на нашей стороне, потому как вслед за этим раздался протяжный стон и отборный мат. Так совпало, что боец, спешивший на помощь босу, как раз оказался под ударом дверью.

Я наконец ухватился за нож. Прогнулся в спине, насколько это вообще возможно в мои годы, и, просунув лезвие под верёвку, принялся её перерезать. Получилось не очень, и я распахал себе голень. Хоть и почувствовал это далеко не сразу. В голове словно набатом звучало утекающее время. Ещё секунда — и ноги оказались свободны.

И в этот момент помещение заполнилось грохотом автоматной очереди. Выстрелы ударили по ушам, пули защёлкали в коридоре, с визгом отлетая от кирпичных стен. В соседней комнате завизжала Полина. А я вовсю пытался перекинуть руки вперёд, но тело словно задеревенело и не желало слушаться.

— А-а-а! — завопил я и наконец извернулся, просовывая ноги через связанные запястья.

Снова схватил нож, но на этот раз совсем не для того, чтобы срезать верёвки. Лысый на полу уже начал шевелиться. Я вогнал ему лезвие в спину по самую рукоятку, вытянул и ударил снова, а затем зашарил по телу руками, пытаясь высвободить пистолет, на котором он лежал.

Мощный пинок откинул дверь с прохода. Я уже видел, как в проёме появляется автоматный ствол. Ещё секунда — и меня нашпигуют свинцом под самую завязку. И вряд ли хоть кто-то дёрнется, чтобы дать мне чёрное сердце.

Наконец ствол оказался в моих руках. Не думая о последствиях, я со всей силы прижал оружие к бедру и потянул вниз, загоняя патрон в патронник. На коже осталась глубокая царапина, но это мелочи по сравнению с тем, что меня ожидало. Затвор сухо щёлкнул, и я вскинул ствол практически одновременно с направленным в мою сторону автоматом. Но спуск я утопил раньше.