Хлопнул выстрел, гильза стукнула об пол, и одновременно с ней в коридоре рухнул боец, расплескавший мозги на дверь камеры Стэпа. Чисто на рефлексе я сместил оружие, направляя его в лысую башку, и ещё раз надавил на крючок.

Минус два.

Коридор снова наполнился стрельбой. Поливали бездумно, просто засыпая нас пулями. Вот только ни одна из них не влетела в комнату.

— Стэп, дверь! — снова заорал я, и она почти тут же распахнулась.

Я как раз успел освободить руки окровавленным ножом. Он и полетел в противоположную комнату, а я подполз к дверному проёму и затянул внутрь тело убитого бойца.

Вот теперь можно повоевать. Полупустой магазин полетел на пол, а его место занял новый, который я вытянул из разгрузки. Тут же достал оставшиеся и положил их рядом, на пол. Оттянул затвор, убедился, что патрон в стволе и можно вести огонь.

И в этот момент позади меня брызнуло осколками окно. Пули свистнули в опасной близости, и я, не задумываясь, нырнул в камеру к Стэпу. Спрятался за откосом, выждал секунду, пока не стихла очередь, а затем высунулся и ответил по окну двумя короткими очередями. На улице кто-то вскрикнул, послышался отборный мат, а я хищно оскалился.

Без разницы, куда угодила пуля, этого бойца уже можно считать выбывшим.

А затем случилось то, чего я больше всего опасался. Что-то тяжёлое покатилось по полу и стукнулось в полуоткрытую дверь. Это могла быть только граната. Я отреагировал в ту же секунду и ударил ногой по полотну, возвращая подарок отправителям, а сам бросился вниз и, открыв рот, зажал ладонями уши.

Взрыв прогремел практически в то же мгновение, а значит, противник выдержал какое-то время после высвобождения предохранительной скобы. Как раз для того, чтобы исключить возможность возврата. Не знаю, кто строил этот дом, но я был готов отбить ему за это низкий поклон. Кирпичей он явно не жалел, и все комнаты были отделены друг от друга кладкой. Она-то и защитила нас от осколков.

Из камеры напротив снова раздался приглушенный визг Полины. Девушка всё ещё оставалась связанной и с кляпом во рту. Но заниматься ей мне было некогда, тем более что дверь в её комнату была закрыта. А значит, она в относительной безопасности. Взрывом, конечно, её сильно повредило, и теперь в створке образовались серьёзные прорехи, но ничего критичного внутри произойти не должно. Даже если её немного посекло осколками, до конца боя она точно продержится. А вот нашу дверь снесло окончательно. Он неё остались лишь жалкие клочки, висящие на петлях. Ещё одну гранату мы точно не переживём. Вот только подкидывать её нам не особо-то и спешат.